Новости: 🔔 Добавлено множество новых, интересных и бесплатных мастер классов 🔔

  • 29 Июня 2022, 09:09:55


Автор Тема: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня  (Прочитано 595 раз)

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« : 10 Апреля 2021, 14:33:33 »
Николай ди Маттуш Фрисвольд.
Религии африканской диаспоры, Эшу и кимбанда: культ ночи и огня.

Предупреждение

Рецепты магических снадобий, приведенные в этой книге, предназначены исключительно для теоретического ознакомления и могут представлять интерес лишь для антропологов, этноботаников и других ученых-исследователей. Автор и издатель не рекомендуют употреблять эти растительные смеси, какими бы невинными или, напротив, изощренными те ни казались. Мы снимаем в себя всякую ответственность за тех, кто попытается, будь то осознанно или по невежеству, применять на практике описанные здесь снадобья — потенциально ядовитые или опасные. Эти рецепты следует рассматривать всего лишь как экзотические диковинки, связанные с культом кимбанды.


Благословение-проклятие

Книга «Эшу и кимбанда: культ ночи и огня» посвящается настоящим мужам, исполненным чести и достоинства, — тем святым и дикарям, что ходят среди нас и по сей день, озаряя мир светом вознесения и, в то же время, пылая огнем семи преисподних. Эта книга — евангелие Сатурна, пламенеющего в сердцах всех подобных людей, будь они от крови Асклепия, Диониса или Вулкана/Гефеста. Я вручаю этот труд Королю, Королеве, их Двору и их Владыке. Это мое завещание, которое я оставляю всему миру — в надежде, что оно сослужит ему добрую службу. И за то, что мне представилась такая возможность, я благодарю своих учителей из «Огбони», «Имуле», «Бизанго» и «Санпвел» и возношу хвалу тому, кто служит мне опорой и источником силы в нашем мире таинств, — Ия Ошунколе Эйебонми Адетуту Иямиссе.

Силой и милостью Эшу Мора, пророка его и дракона в корнях его: благословение и поклон всем, достойным зваться мужами, — живым и мертвым, бессмертным и восставшим из мертвых, всем, кто с честью носит в себе и бога, и зверя! Благословенны вы! Лейте же свет благодати на все миры — ныне и присно, вовеки.

Силой всех перекрестков ночи: позор да падет на головы тех мужчин, кто воинствен сверх меры, кто поглощен лишь собой, кто труслив и кто предан гордыне, кто груб, завистлив и слеп ко всему, что лежит за пределом их мира! Ибо их мир — мир отвращенья к себе, и сердца их полны заблуждений, обмана и злобы. Но благословенны и вы (кто прочтет и узнает себя) в невежестве вашем! Я молюсь Матерям: да примут они вас в объятья свои — целиком, без остатка. Ныне и присно, вовеки.

И, как всегда, я обращаюсь с любовью и благодарностью к Питеру Грею и Алкистису Димеху — прекрасным воплощениям человеческого достоинства. Шествуйте оба от силы к силе, от изобилья — к изобилью! Ныне и присно, вовеки.


Предисловие

О кимбанде можно поведать немало, и в этой книге я открою все, что мне разрешено открыть, приблизившись вплотную к границе запретного. Я задумал эту книгу как своего рода завет кимбанды и откровение истин об этой традиции — в меру дозволенного духами. Я твердо убежден, что всякая традиция остается живой лишь при условии, что она открывает путь к подлинной связи с источником и духом. И эта связь должна быть настолько сильной и яркой, чтобы традиция могла оторваться от книг и сам дух открыл бы перед паломником истинную и вечно живую Книгу Природы. Когда кто-нибудь настаивает на том, что какая-то из линий кимбанды — более «подлинная» или «аутентичная», нежели прочие, проверить это можно только одним способом: дает ли она возможности для настоящей связи с духом?

Эта книга для многих станет занозой в пятке. В ней — сладостный запах трав, раскрывающий врата на все стороны света. Эта книга войдет в вашу жизнь ароматами правды, дыхания, лжи и обмана, — и так заставит вас раскрыть глаза и увидеть истину, простершуюся, как великая ось, от Полярной звезды до преисподней. Я осознаю и признаю, что все изложенное на этих страницах — моя собственная точка зрения; но при этом я утверждаю, что своим появлением на свет моя книга обязана духу, я же — всего лишь летописец легионов кимбанды. А они несут в себе силы «левой стороны», силы того, что белеет во мраке: тления и костей.

На протяжении многих лет я как исследователь и практик сталкивался со множеством различных мнений по поводу кимбанды, ее происхождения и содержания. И мнения эти были столь разнообразны, что в какой-то момент пришлось признать: само разнообразие и есть дух и огонь кимбанды — ее истинная суть. И теперь кимбанда для меня — это гнезда и гроздья змей, драконов и скорпионов, что плодятся от пламени страсти и от сернистой земли памяти и мирской жизни. Я признал многообразие направлений в рамках этого культа как свидетельство динамичности и плодовитости, присущих ему от природы. Кимбанда как будто воспроизводит апокрифическую легенду о Лилит, бежавшей на берег Красного моря и там ежедневно рождавшей сотню детей.

Окинув взором самые разнообразные подходы к пониманию кимбанды, я принял ее во всем изобилии. Не побоюсь заявить, что этот культ и традиция жила и продолжалась в загадках и обрывках знаний, приходивших и через настоящих медиумов, и через самых жестоких колдунов, и через лжецов и самозванцев: всех их было не так уж много, но все они передавали из рук в руки факел Фанеса, озаряющий мир.

Мне повезло. Я познакомился с несколькими мастерами кимбанды и прошел посвящение в этот культ несколькими различными  способами, начиная от метода, который практикуется в рамках одной семейной традиции умбандистов, и заканчивая подходом, принятым в кандомбле. На собственном опыте я столкнулся со многими расхождениями между различными школами кимбанды, но сами эти расхождения помогли мне понять ее сущностное единство: обращаясь к кимбанде, какую бы форму она ни приняла, мы всегда обращаемся к смерти, памяти и несметному изобилию духов. Наше наследие уходит в бесконечность по обеим осям креста, и, осознав это, я перестал искать «настоящую и аутентичную» кимбанду, потому что настоящая кимбанда — везде, где удается установить подлинную и действенную связь с духом; везде, где плоть и дух превращаются в огненное перекрестье, равновесие столпа и неба. Итак, в своей книге об эшу, как и в предыдущей книге, посвященной таинствам помба-жира, я исполню свой смертный долг и изложу собственные взгляды на этот поразительный и чудесный мир — во славу всех королей и генералов семи королевств эшу.

Многие считают важным указывать конкретный источник кимбанды и, в первую очередь, ссылаться на ее африканские, или даже, точнее, ангольские корни. Действительно, родословная важна: она помогает понять, кто мы такие, а иногда и отвечает на вопрос, почему мы оказались именно такими, как есть. И в этом отношении кимбанда аналогична любому другому культурному наследию. Истоки любой культуры — это память, это следы пройденного пути и накопленная мудрость. Однако всякая новая культура отличается от той, из которой она произошла, — точно так же как ребенок вырастает не точной копией своих родителей, а другим, новым человеком. Что касается кимбанды, то она выросла из латиноамериканских, африканских и европейских традиций, пересекшихся в Бразилии. Вступая в современный мир, эшу и помба-жира вынуждены приспосабливаться к новой среде обитания, преображаться и адаптироваться. Этот процесс адаптации идет не без труда, но каждый из нас рождается со своим эшу и своей помба-жира, которые идут вместе с нами по жизни, осознаем мы это или нет. Задача в том, чтобы установить между человеком и духом нерушимую связь, которая послужит для передачи истинного наследия, ибо наследие кимбанды — это ночная история человеческой души, испытания страстей и слезы пополам со смехом. Кимбанда — это картины на холсте человеческой кожи, все еще сочащейся кровью воспоминаний. Духи — самые полезные из всех помощников: благодаря той памяти, которую они хранят и понимают, мы можем повернуть зеркало, в котором созерцаем их, лицом к себе — и обрести мудрость. Разумеется, если осмелимся. Путь к мудрости, который открывают нам эшу, — это путь адского огня и серы, беспощадной честности и отваги; и злейший из наших врагов на этом пути — мы сами.

В этой книге, как и в других работах, я принимаю за мерило качества и использую как источники те материалы по кимбанде и черной магии, которые увидели свет в 40-х—70-х годах XX века, потому что, на мой взгляд, именно в них культ кимбанды находит самое живое, изящное и прекрасное свое выражение. На страницах этих источников перед нами предстает культ городских улиц; через них до нас доходят голоса медиумов, заслуживающих настоящего доверия; и, наконец, они заверяют нас, что карманник и проститутка могут обладать не меньшим достоинством и святостью, чем какой-нибудь аристократ, епископ или мудрец. Кроме того, в этих источниках мы находим подробные  описания Эшу, допускающие истолкование не только с культурно-исторической точки зрения, но и свете христианских мифов, алхимии и астрологии. И в своей книге я намереваюсь изложить все эти истолкования и всё, что мне удалось понять об Эшу и его науке.

С этой целью я буду черпать сведения и советы из книг таких мастеров, как Н.А. Молина, Алуизиу Фонтенелли и Антониу Алвиш, а также обращаться к мудрости и опыту многих тата и яя[1], с которыми мне довелось общаться за последние десять лет. Но, разумеется, все чужие материалы будут пропущены через призму моего личного опыта и окрашены моим собственным представлением о том, кто же такой этот Эшу — загадочный дух мужского начала и неукротимого стремления к победе.

Итак, эту книгу, это завещание и руководство, я вручаю в дар всем семи легионам. Да примут ее благосклонно все Короли и все Королевы, а с ними и все те духи, крещеные и некрещеные, что стоят на страже Смоковницы Ада, пылающей вечным огнем.

Saravá[2]!
Тата Сигатана
Кабула Мавамбо Нгободи Нзила

Перевод с англ. Анны Блейз


[1] Тата (tata) — жрец в обоих смыслах этого слова: тот, кто владеет тайнами эшу и/или помба-жира, и тот, кто служит сосудом для духа. Кроме того, этим термином обозначают личного наставника (земного или духовного), а также руководителя кимбандистского храма. Яя (yaya) — тата женского пола, жрица. — Здесь и далее примечания автора, если не указано иное.

[2] Традиционное приветствие, благословение и пожелание удачи, а также мантра в афро-бразильских религиях. — Примеч. перев.


Обратная ссылка: https://mooncatmagic.com/kimbanda/360/eshu-i-kimbanda-kulbt-nochi-i-ognya/4824/
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #1 : 10 Апреля 2021, 14:37:33 »
I. Восход черного солнца

От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого…

— Евангелие от Матфея, 27:45 и Евангелие от Никодима, 11

Кимбанда — это культ земли и огня. Это нигромантический культ, в котором сама смерть странствует по мирам как наша подруга и союзница — или как наша судьба. Кимбанда — это зазеркальный мир наших теней; это зеркало, в котором мы вечно созерцаем бездну, разверстую внутри нас. Это культ, в котором легионы Марса ведут свою бесконечную битву на полях Сатурна, безумные и пьяные от огненных смокв и сернистых вин Венеры. Королева кимбанды — Помба-Жира, совершенное зеркало женской сути во всем ее многообразии, а Эшу — Король кимбанды и олицетворенное испытание для каждого мужчины. В Эшу каждый мужчина может лицом к лицу увидеть свои изъяны и обрести свет, который озарит и самые темные уголки его души, и путь его высочайших устремлений. На протяжении многих десятилетий Эшу демонизировали и толковали его суть превратно: подчас в нем видели воплощение всех пагубных сил нижнего мира, подчас — раба, подвластного ориша, а подчас отождествляли его с ориша Эшу — одновременно утверждая, что Эшу и этому последнему служит, как раб! Итак, чтобы точнее определить, кто такой Эшу, стоит обратиться за помощью к Алуизиу Фонтенелли и его книге «Эшу».

Подразделяя духов на развитых и неразвитых, Фонтенелли дает весьма изящное определение тому классу духовных сущностей, из которых состоят легионы кимбанды. Это третий класс духов, которых он называет «духами тьмы». Они носят промежуточный характер, и Фонтенелли описывает их как духов напряженности, которым в духовном мире отводится наивысшее место, ибо они пребывают вне добра и зла и особо заинтересованы в поддержании всей жизнедеятельности в подлунном мире. Кроме того, Фонтенелли подчеркивает, что для работы с этими духами необходимо совершенствоваться и развивать в себе добрый нрав, постоянно сохраняя благожелательность и честность. Объясняется это тем, что человек, вступающий на территорию подобных духов, рискует легко поддаться соблазнам ненависти и насилия. Фонтенелли недвусмысленно характеризует кимбанду как черную магию (magia negra), противопоставляя ее миронге[1], или белой магии, умбанды.


Черные корни кимбанды

Фонтенелли и ему подобные рассматривали черную магию как сочетание курандеризмо (curanderismo), то есть знахарского искусства и общения с духами, и фейтисарии (feitiçaria), то есть колдовства. С методологической точки зрения черная магия почти ничем не отличается от магии макумба[2] в кимбанде и магии миронга  в умбанде, хотя духи, с которыми работают в этих традициях, и цели магической работы различны. Кроме того, операции черной магии зачастую отличают от молитв и колдовских обрядов прету-велью (preto velho, букв. «старые черные», как называют, главным образом, души конголезцев, в свое время насильственно переселенных в Латинскую Америку) и кабокло (предки индейцев)[3]. Разнообразие традиций особенно бросается в глаза, когда Фонтенелли начинает рассуждать о различных течениях, возникших на основе умбанды и кардековского спиритуализма, и призывает не упускать из виду такие фигуры, как Пена Бранка (Pena Branca, «Белое Перо») в традиции кабокло и Пай Жуакин ди Ангола (Pai Joaquim de Angola, «Папа Жуакин из Анголы») в традиции прету-велью. Таким образом, перед нами — целая группа практических подходов, которые в действительности можно во многих отношениях определить как «черные», во многих отношениях — как «низкие» и во многих — как «высокие».

Сама классификация такого рода восходит, по всей вероятности, к руководствам по Соломоновой магии (завезенным в Латинскую Америку из Италии и Франции) и, в первую очередь, к сочинениям Элифаса Леви. Именно у него обнаруживается четкое противопоставление высокой и низкой магии. В своем «Ключе таинств» Леви определяет высокую магию как искусство, помогающее человеку вернуться к изначальным нравственным законам. На этом принципе основывается теология умбанды. Понятие низкой магии, разумеется, происходит из тех гримуарных источников и трудов Леви; к этой категори относят нигромантические искусства, такие как общение с мертвыми при помощи оракулов (некромантия), колдовство всякого рода и сделки с духами. Учитывать это влияние магической и церковной традиции на умбанду и кимбанду очень важно, потому что мир Эшу — это картина магмой на холсте ночи, сотканном из темных легенд Святого писания.

Фонтенелли был медиумом и умбандистом, так что его точка зрения на кимбанду основывалась на дуалистическом мировоззрении христианского спиритизма, столь типичном для умбанды — традиции, в которой битва добра и зла воспринимается как неоспоримая реальность. Следует также принять во внимание, что мы живем в эпоху перемен: в 40-е годы XX века кимбанда все еще оставалась чрезвычайно закрытой традицией, поскольку практика черной магии и деятельность нехристианских религий в целом строго преследовались по закону. Однако христианские элементы, присущие самой  кимбанде, тоже ни в коем случае не следует сбрасывать со счетов в угоду той или иной разновидности центризма. В конце концов, именно благодаря умбанде со всем ее христианством разнообразные магические операции с духами тьмы были выделены в особую область, классифицированы и признаны как духовная реальность. Удивительно другое — а именно, то, что умбандисты ставили во главу угла не столько место в классификации, сколько личный характер того или иного духа, и взаимодействовали с духовными (как, впрочем, и с материальными) сущностями без предрассудков и осуждения. Такой подход объясняется тесной связью их отцов-основателей с французской гностической традицией и, в особенности, с мартинизмом, в котором столь почетное место отводится безымянному философу, странствующему по свету и в безмолвии врачующему недужных, — то есть, по классификации Леви, типичному мастеру высокой магии. В результате одним из принципов умбанды стала сердечная доброта, благодаря которой и развился культ кимбанды. Общество в целом, как ни печально, маргинализировало и демонизировало этот новый культ, восприняв его как противоречивый и опасный, однако для умбанды он остался важнейшей и необходимой мистериальной традицией.

В 20-е годы XX века участок, примыкающий слева к святилищам умбанды, стали отводить для беспокойных духов кимбанды. Здесь совершали подношения кашасой[4], табаком и кровью и возносили молитвы во имя духовной эволюции. К духам киманды относились как к нечистым и враждебным, но полагали, что их надлежит каким-то образом укротить и побудить к подчинению нравственным законам. Одержимость духами «левой руки» в те времена протекала очень тяжело, потрясая очевидцев своим животным неистовством. Эти духи почти никогда не говорили, отвечая на вопросы лишь кивками или нечленораздельным ворчанием, хотя случались и исключения: некоторые из «темных» духов вели себя вполне разумно и зрело и демонстрировали поистине необычные познания. Постепенно проявилась их связь с гоэтическими духами, и тем самым подкрепились легенды ночи, сокрытые между строк Святого писания. Фактически, начало тому процессу, который привел к рождению кимбанды под эгидой умбанды и превращению ее в самостоятельный культ, положили итальянские и французские влияния конца XIX века. Любопытно также, что все те немногие дома и линии преемственности кимбанды, которые притязают на происхождение «от корня» (de raiz), опираются именно на ночную легенду Святого писания, восходящую к французской традиции. По мере дальнейшего знакомства с темой это обстоятельство станет еще более наглядным и объяснимым, потому что именно в нем кроется тот дух ереси и инаковости, который позволяет определить кимбанду как настоящий колдовской культ — как прямую наследницу бразильского ведовства, основанного на традиционных методах. Об этом, опять-таки, писал Леви в своей «Высшей магии»:

    В черной магии дьявол выступает как великий творец магии, к которому извращенная человеческая воля обращается за помощью в злонамеренных целях. Древний змий библейского предания — не кто иной как Универсальный Агент, вечный огонь земной жизни, душа земли и живое средоточие ада. Мы уже говорили, что астральный свет — это вместилище форм, и формы эти, когда их призывает разум, принимают гармоничный облик, но в ответ на зов безумия предстают беспорядочными и чудовищными; именно так возникли кошмары святого Антония и призраки ведьмовских шабашей. Так позволяют ли заклинания гоэтии и демономании добиться практических результатов? Да, со всей определенностью, — и результаты эти бесспорны и куда более ужасны, нежели о том повествуют даже самые жуткие легенды! Если человек преднамеренно вызывает дьявола при помощи магических церемоний, дьявол приходит и предстает в зримом обличье.

Кимбанда пропитана христианскими элементами настолько глубоко, что сам Эшу Рей (Exu Rei), то есть Король Эшу, прямо отождествляется с Люцифером и/или с парой противоположностей Люцифер/Сатана. В народе ее воспринимают как культ дьявола. Фонтенелли возводит истоки кимбанды к легенде о падении ангелов-отступников из апокрифической Книги Еноха и даже предполагает, что само имя «Эшу» происходит от древнееврейского слова exud (употребляемого применительно к одному из колен Израилевых), которое он переводит как «предатель». Схожее слово exodus, означающее не только «исход», но «изгой», обнаруживается и в латыни. В этом контексте отпадение Люцифера от благодати представляется как непрерывный процесс, который длится на протяжении всей истории человечества и проявляется в форме языческих культов и колдовства, войн, разрушений и смерти. Все это в совокупности приводит к Апокалипсису, когда «народ Эшу» помогает осуществить последнюю часть замысла об устроении мира и тем самым восстановить рай на земле. Дьявол предстает как военачальник, подчиненный святому Михаилу; он исполняет божественное повеление и становится орудием спасения. Эта легенда раскрывает подлинный алхимический и космологический смысл, заключенный во власти Эшу. При этом важно и то, что Эшу служит своего рода зеркалом земного мира: сущность его отражена в человеческой жизни и человеческих грехах. Яркие краски и тени, в которых изображается эта жизнь, подчеркивают напряженность между полюсами духовного и земного, света и тьмы, и тем самым создают иллюзию двойственности, а она необходима для того, чтобы каждый нас мог вести свою собственную битву за восстановление единства.


Завеса полуночи и положение во гроб

Легенды ночи, с которыми мы сталкиваемся в евангелиях, повествуют о том, что во время страстей и распятия вокруг сына Божьего собралось небесное воинство, а вместе с ним и воинство преисподней. Вплоть до этого мгновения бог, облекшийся плотью, отвергал все искушения — мирру и опий, вино и воду; и только с пришествием всех небесных и адских сил, наконец, испустил дух под копьем Лонгина.

Иосиф Аримафейский и Никодим, оба фарисеи и члены синедриона, были свидетелями его смерти и собрали его кровь и пот, а также священные реликвии страстей. Затем Иосиф пошел своим путем, а Никодим — своим. Никодиму приписывается авторство апокрифического текста — Евангелия от Никодима, один из разделов которого посвящен сошествию Христа во ад. Согласно этой легенде, Христос, приняв смерть на кресте, сошел в преисподнюю и посрамил самого Владыку ада. О Вельзевуле, который впоследствии был отождествлен с Эшу Мором (Exu Mor), здесь сказано: «поруганный ангелами». Эшу Мора, в свою очередь, называли (помимо прочего) «поруганным ангелами», «оплевывающим праведных» и «разрушителем столпов». Но это еще не конец: легенды ведут нас дальше и глубже.

Апокрифический текст сообщает нам, что повешение на древе, которое претерпел Иисус, было казнью для прóклятых. Таким образом, его распятие на «месте черепа», на Голгофе,  отворило врата преисподней и врата небес в тот самый астрологически выверенный миг, когда он предал свой дух одновременно и тому, что наверху, и тому, что внизу. Из легенды о сошествии во ад явствует, что смерть Иисуса сотрясла не только преисподнюю, но и небеса, и что он вошел как победитель в оба царства — и в небесное, и в подземное. И здесь мы отступаем от общепринятого христианского учения и вступаем на почву ересей и сокровенных истин.

Иосиф и Никодим подготовили тело Иисуса к погребению, обернули его льняным платом и собрали священные реликвии: древесину от креста, гвозди, кровь и пот, землю из-под креста и растения, которые проросли из этой земли на холме черепов, орошенной капли Иисусовой крови.  Иосиф воспринял солнечное наследие Иисуса, но, взяв в жены Марию Магдалину, он превратился в «стража таинств», ибо женщина есть тайна Божия. Никодиму же досталось ночное наследие, и он стал предтечей епископа Киприана Антиохийского — святого покровителя некромантов. Никодима роднит с Киприаном общий источник вдохновения, общий духовный наставник, известный в кимбанде под именем Полуночного Эшу — Эшу Мея Нойте (Exu Meia Noite). Иосиф Аримафейский и Никодим в кимбанде почитаются под именем Двуглавого Эшу — Эшу дас Дуас Кабесас (Exu das Duas Cabeças). Это двуликий эшу, подобный Янусу, объединяет полюса противоположностей, как две змеи, обвивающие кадуцей.

Сведения из евангелий от Луки и Марка о том, что тело Иисуса положили в «девственную» гробницу, то в рукотворную пещеру в скале, «где еще никто не был положен», и что он первым был погребен в саду, предназначенном стать кладбищем, приобретают в свете этих легенд некромантическое звучание. Первый умерший, погребенный в саду, превращает этот сад в луговину костей и становится основанием кладбища. Иными словами, первый погребенный — не кто иной, как царь кладбища, и ввиду этого образ Иисуса Христа совершенно по-новому вписывается в контекст мистической последовательности «смерть — воскресение — спасение». Те, кому уже известно, что следует из этого откровения, могут продолжить сами, а несведущие пусть пока довольствуются тем, что перед ними, наконец, раздралась завеса полуночи. И надо добавить, что раздрание завесы в миг смерти Иисуса — тоже непростое событие: ведь эта завеса находилась в храме, где херувимы оберегали Ковчег Завета, так что ее раздрание стало откровением тайны во вспышке ночного огня, хранимого духами кимбанды.

Сотрясение земли, поколебавшее опоры храма и раздравшее завесу, живо напоминает о том сокрушительном подземном огне, образ которого занимает в кимбанде столь важное место. Это свирепое ночное пламя воплощено в духе по имени Эшу Мор. Его связывали и с тем духом, который водительствовал Хирамом при возведении Соломонова храма, и с тем огнем, в котором погиб этот храм. Таким образом, оно  несет в себе две равновеликие силы — силы столпов Иахин и Воаз; и наглядный символ его — свеча, пылающая между рогами великого козла. В действительности это пламя — не что иное, как путеводная звезда царя Соломона и сам великий козел премудрости, сокровищница небесного огня, что пламенеет меж двух столпов, увенчанных рогами.

Из этого следует, что отождествление Эшу Мора с образами Мендесского Козла и Бафомета с рисунка Леви — отнюдь не случайность: оно отлично согласуется с характером этого духа. Эшу Мея Нойте тоже тяготеет к физическим формам, подходящим ему по характеру: к образам ученого богослова (например, раввина, священника или епископа) — или дьявола. Итак, если Эшу Мор связан с царем Соломоном, то Эшу Мея Нойте — со святым Киприаном и святым Никодимом. Потому этот дух вдохновения может восприниматься как дьявольская карикатура на папу Александра VI, увенчанная короной адского огня.

В свете этих примеров и откровений Иисус, или, вернее, его одушевленный труп, приготовленный к погребению силами левой и правой руки, предстает как Мертвый Король Преисподней, олицетворяющий, с одной стороны, сатурнианское влияние, а с другой — небесное. Эта мистерия перекликается с легендами о вознесении Сифа, согласно которым дух его отошел с дыханием под крыла святого Михаила или даже слился воедино со своим ангелом-покровителем.

И в этом тайном бракосочетании Мертвого Короля-дракона с его солнцеликим убийцей открывается истинная суть Майорала (Maioral), или верховного главы кимбанды: он — ангел, который низверг дракона с небес, ибо слишком хорошо познал его. Так две руки раскинулись космическим крестом; и змий был пригвожден; и врата отворились.



Эшу Мея Нойте — Полуночный Эшу


Солнце Непобедимое — Отец Мертвых

Эта легенда ночи влечет за собой далеко идущие и глубокие последствия, потому что благодаря ей распятие Иисуса Христа приобретает новый, неожиданный смысл и предстает как важнейшее некромантическое таинство. Вдобавок, легенда эта отвечает на вопрос, каким образом в кимбанде утверждается традиционная и классическая двойная связь между Солнцем и Подземным миром — связь, восходящая еще ко временам Древнего Египта и Ханаана. И, кроме того, вышеизложенная легенда перекликается с еще одним традиционным учением — учением о взаимосвязи двух Божьих светочей, Солнца и Луны, которое раскрывается здесь в нигромантическом контексте. Термину «нигромантический» (вместо «некромантический») я отдаю предпочтение потому, что нигромант имеет дело с более широким спектром духов, чем некромант. Он не только вызывает мертвых, но и работает со многими другими категориями духов и, в частности, способен призывать и привязывать к себе фамильяров и духов-наставников.

Итак, два светила, Солнце и Луна, — это силы, особым взаимодействием которых ознаменовалась трехчасовая драма Распятия. От шестого часа (а шесть — это мистическое число Солнца) до часа девятого (мистическое число Луны) солнце затмилось: Обсидиановая Бабочка[5] расправила крылья и погрузила мир во мрак на целых три часа. В девятом часу Солнце скрывается в преисподней, а Луна выходит из преисподней, чтобы озарить своим тусклым светом ночь спящей материи. Здесь сокрыта великая тайна, связанная с апокалиптическим Числом Зверя, 666, оно же — число Сората, солнечного духа, воспламеняющего ум, духа Солнца во всем его совершенстве[6]. Шесть, число древнееврейской буквы Вав, соответствует сефире Тиферет —  Красоте.  Затмение, омрачившее всю землю, продолжалось до девятого часа, а девять — это число древнееврейской буквы Тет и сефиры Йесод, связанной с Луной. Самопожертвование Красоты утвердило связь между миром Формирования и Малкут-Царством. Стоит также отметить, что шесть — это числовое соответствие древнееврейского слова dob, означающего «медведь», и в этом может заключаться намек на окополярные созвездия двух Медведиц, Большой и Малой. Медведь — символ мистического солнца гипербореев и, в силу этого, покровитель царей. В свою очередь, девять — это числовое соответствие древнееврейского слова bo, которое можно означать «входящий» и «приходить», а также «спускаться». Еще более интересен тот факт, что девять — это количество клеток в магическом квадрате (камее) Сатурна, черного солнца. Здесь мы снова сталкиваемся с метафизической тайной Майорала, главы кимбанды: он — святой архангел Михаил, а Михаил — это, по существу, солнце, преобразившееся в огонь Сатурна-Дракона. В свете этого, на мой взгляд, становится понятно, почему такие знаменитые колдуньи, как Медеи и Цирцея, считались дочерьми солнечного бога и почему египетская «Книга о выходе в день» — руководство по переходу из жизни в смерть — связывается с богом солнца как владыкой Аменти[7].

Авель — солнечный брат, Каин — лунный; предание о них в действительности показывает, как эти два начала утверждают друг друга и как владыка Ночи устанавливает свои правила, совершенно не похожие на те, соблюдения которых требует Солнце. Кладбище — это не что иное, как убиенное Солнце; кожа Солнца — это покров, которым облечена земля и умершие, а его физическое проявление — Калунга (Calunga), кладбище.

Связь между Эшу Реем и святым Михаилом — это уравновешенное взаимодействие, в котором обе стороны отражаются друг в друге, как в зеркале. В эпоху раннего христианства святой архангел Миахил считался целителем, божественным врачевателем, но позднее на первый план вышли его функции воина и судии. На схожей идее основана и кимбанда — культ врачевания, состоящий из воинов. Святой Михаил — это Солнце как совершенное отражение тьмы Майорала; это ангел, который налагает ограничения и тем самым обеспечивает динамическое взаимодействие между двумя полюсами солнечной сути — белой ночью и темным днем. Это весы в руке Майорала, а его понто рискадо[8] выглядит так:



Если мы обратимся к ханаанской традиции, то увидим, что Шамаша-Солнце в ней именуют Владыкой духов мертвых. Это и есть истинный Майорал — Солнце. Еще один пример из того же ряда — обычай, по которому угаритские солярные цари поклонялись Баалу и Анат в новолуние и полнолуние. В религии Угарита солнце предстает в образе Шапаш — богини, помогающей могучему Баалу в борьбе с Мотом (Смертью). Здесь солнце не только женского пола: оно еще и проходит через состояние нигредо, чтобы затем воссиять вновь, но уже более глубоким светом — светом познания смерти. Имя ее сестры, Кесеф, означающее «серебряная луна», у древних евреев превратилось в синоним колдовства и магии — искусства под названием «кесуф» (keshup), в котором сведущи «кесуферим» (keshupherim), или «кесафим» (keshaphim), знатоки лунных чар. Этому искусству, тайнам черного солнца, херувимы некогда обучили Иофора, тестя Моисея, а тот передал его самому Моисею. Следует, однако, отметить, что поклонение Шамашу было запрещено в Танахе и каралось смертью. Итак, можно сделать вывод, что Иосифа Аримафейского вел дух Моисея, а Никодима — дух Иофора: таинство воскресения совершилось при свете обоих ликов солнца — солнца сияющего и солнца черного. В этой символике обнаруживается тайная история кимбанды и намек на то, кто такие эшу на самом деле. К числу эшу принадлежат не только духи, некогда сходившие на землю во плоти, но и духовные сущности, сотворенные в божественных сферах специально для работы на земле. Эта концепция примечательно схожа с учением о григореях-«бодрствующих» из Книги Еноха, и именно на ней основывается нигромантическая составляющая кимбанды, то есть система практик, не сводящаяся, в отличие от некромантии, к общению с духами мертвых ради прорицания.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #2 : 10 Апреля 2021, 14:40:41 »
«De Nigromancia»

С учетом всего вышесказанного обратимся к довольно загадочному тексту под названием «De Nigromancia» («О нигромантии»), авторство которого приписывается Роджеру Бэкону. Этот текст (Sloane MS 3885) датируется XVI веком и представляет нас большой интерес, так как в нем придается особое значение двум важнейшим святым кимбанды — святому Михаилу и святому Киприану.

Корнелий Агриппа утверждает, что при наличии останков умершего и свежей крови можно временно возвратить душу в мертвое тело, а тени, то есть образы, душ умерших можно вызывать при помощи испарений, жидкостей и запахов, а также песнопений, звуков и движений[9]. То, что привлекает саму душу, способно привлечь и ее тень, но для этого уже не потребуются ни физическое тело умершего, ни подношения, заключающие в себе жизненную силу. Агриппа проводит здесь различие между некиомантом/некромантом и скиомантом[10]: последний вызывает лишь тени душ, как, по преданию, делала Аэндорская волшебница. Тем не менее, и скиоманту, как подчеркивает Агриппа требуется проводить свои операции в присутствии трупов и костей умерших и/или в особых местах. Везде, где совершались жестокие убийства и казни и где было истреблено множество людей, накапливается некромантическая сила, и вызывать тени в таких местах гораздо легче. Агриппа подводит следующий итог своим рассуждениям:

    Потому они [т.е. некроманты] без труда привлекают злых духов, будучи родственны им по причине преизрядного сходства; и некромант, укрепившийся с их [т.е., злых духов] помощью, способен весьма на многое в делах человеческих и земных и может разжигать противозаконную похоть, насылать сновидения, болезни, ненависть и тому подобные страсти, влагая в них также и силу тех душ, кои, объяты духом сырым и беспокойным,  блуждают вокруг своих покинутых тел и способны творить все то же самое, что и злые духи.

В другом месте Агриппа рассказывает, как возвратить душу в тело, или, иными словами, как сотворить голема или живого мертвеца. Для этого, по его словам, требуется высочайшее мастерство в выборе подобающих «гармоний» (т.е. соответствий) небесного и земного и ясное понимание того, какую именно душу можно вселить в данное тело или материальный предмет. То, о чем западные источники говорят лишь загадками и обиняками, на удивление родственно и созвучно некромантическим мистериям, сохранившимся в африканских традициях и в пало майобме. Как нетрудно заметить, в западных текстах некромантия считается порочным искусством — и не только потому, что общаться с мертвыми грешно, но и потому, что некромант способен «без труда» вызывать злых духов, то есть тех, кого в кимбанде называют «киюмба» (kiumba) или просто «тени». Бесспорно, некромантия сопряжена с опасностью, и настолько серьезной, что Элифас Леви рассуждал об этом ночном искусстве так:

    Я полагаю, что эти занятия разрушительны и опасны; если они войдут в привычку, то никакого душевного и телесного здоровья не хватит, чтобы их выдерживать. Пример тому — пожилая дама, о которой я уже упоминал и о которой впоследствии имел причины сокрушаться. Несмотря на ее уверения в обратном, я твердо убежден, что она пристрастилась к некромантии и гоэтии. Те, кого мы принимаем за живых, — всего лишь мертвецы; те, кого мы считаем друзьями, — на деле вампиры.

Итак, некромантия действительно страшна, и не только потому, что она на самом деле работает, но и потому, что может вызывать патологическое привыкание и одержимость. Леви старается подчеркнуть, что тени умерших — не друзья нам, а вампиры, питающиеся за наш счет. И во многом он прав, хотя и облекает свои мысли в такие слова, которые призваны не столько просветить, сколько запугать читателя. Тому, кто работает с умершими, действительно следует остерегаться нездорового привыкания и энергетического истощения — классических последствий общения с вампирами. Кроме того, я сам могу засвидетельствовать, что работа с тенями и костями может привлекать враждебных духов даже помимо воли оператора. Образно говоря, по ту сторону клубится целый рой духовной мошкары, которая только и ждет возможности слететься на пиршество костей и крови. Следовательно, прежде, чем приступать к практической работе, нужно многому научиться, а потому давайте вернемся к трактату «О нигромантии» и посмотрим, что он может сообщить нам об этом несправедливо оклеветанном искусстве.



Эшу Морсего

Во-первых, мы находим рекомендации и указания астрологического характера. Работать следует на растущей луне; наиболее благоприятной для некромантии считается первая лунная четверть. В целом, операции и эксперименты можно проводить в любое время от заката солнца до крика петуха, но все-таки лучше всего входить в круг и приступать к работе в час Венеры. Кроме того, утверждается, что особой силой обладает промежуток от восхода солнца до полудня; и действительно, это самое подходящее время для того, чтобы стряхнуть с себя испарения смерти, очистить тело и душу и вернуться в мир живых. Важно также избегать нечистых дней и часов. В этом отношении оказалась очень полезна Соломонова «Гигромантия». Избегать несчастливых дней и часов, согласно трактату «О нигромантии», следует из-за того, что в эти периоды с большей вероятностью может сработать volnus, то есть, попросту говоря, проклятие. Помнить об этом особенно важно, когда вы проводите вредоносную операцию в часы, которые сами по себе несут вредоносную энергию. Естественно будет предположить, что негативная энергия часа усилит негативную энергию самой операции, но в подобных обстоятельствах необходимо действовать очень осторожно, чтобы не навлечь проклятие на самого себя.

Далее рекомендуется использовать для окуривания лавр — то же самое дерево, из которого изготавливается жезл некроманта. Лавр — солнечное дерево, и это напоминает нам о том, что для подобных операций желательно выбирать время, когда Солнце аспектировано благоприятно и находится в хороших отношениях с управителем часа. Затем сообщается, что связывать духов воздуха, огня и воды следует по-разному. Например, если вы хотите связать водных духов, наберите дождевой воды и поставьте сосуд в ней центре круга или выберите для работы место на берегу реки или ручья. Схожим образом, если эксперимент по характеру своему связан с какой-либо определенной планетой, то нужно проводить его в час этой планеты, когда ее энергия особенно сильна.

Исключительно важное значение в трактате «О нигромантии» придается 14-му мая — дню святого Киприана. Если рассмотреть этот день в связи с подвижной датой Страстной пятницы и с теми тремя часами, на протяжении которых дыхание и дух Господни витали над Голгофой, то мы увидим алхимический процесс фиксации летучего дракона. Следовательно, этот день наиболее благоприятен и для всех операций инициатического характера. Еще одна важная дата, упомянутая в трактате, — день жен-мироносиц, который в православной церкви приходится на третье воскресенье августа и посвящен также памяти Никодима, умастившего перед погребением тело Иисуса — Господа кладбища.

Кроме того, в тексте рекомендуется предварять работу с умершими скромной трапезой, состоящей из хлеба, печени и красного вина. Это очень интересно, потому что в нескольких африканских традициях именно печень считается вместилищем колдовской силы. В Древней Греции и Риме печень тоже ассоциировалась с магической силой, чем и объясняется обычай гадания на печени жертвенных животных. Представления об особой силе, присущей печени, сохраняются в традиционных медицинских системах, таких как аюрведа, согласно которой печень управляет пятью пищеварительными огнями, очищающими кровь. Взаимосвязь огня и крови можно рассматривать не только в контексте физического здоровья, но и на более символическом уровне.

Проводить операцию при вышеуказанных лунных фазах имеет смысл тогда, когда она связана с женскими планетами — Луной и Венерой (эти фазы лучше всего подходят для работы с помба-жира). Для других обстоятельств трактат рекомендует другие периоды времени, связанные с более мужскими энергиями. Лучше всего подходят четверг и воскресенье — дни, которыми управляют мужские планеты (Юпитер и Солнце), а входить в круг предписывается в час Сатурна. Заклинатель должен занять место на севере круга, а его помощники — на юге.

Утверждается, что адские воинства и таких духов, как Амазаэль (Amazael), Азиэль (Aziel), Анатана (Anathana), Азаэль (Azael), Тиер (Tyer), Люцифер, Астарот, Белиал и Троглис (Troglis), всегда следует заклинать именами святами Михаила, святого Киприана или царя Соломона. Любопытно, что в кимбанде обнаруживается схожая иерархия, хотя практика кимбанды допускает не опосредованное, а прямое обращение к духам. Прямое обращение становится возможным после того, как маг установит тесные отношения со своими личными эшу и/или помба-жира и узнает их тайные имена. Иными словами, когда мы выкуем прочные узы, связывающие нас с духом и обеспечивающие его дружбу, наставничество и защиту, необходимость в обрядах и церемониях почти полностью отпадет и общение с духом станет более непосредственным. Установлению такой связи нередко сопутствует открытие ясновидения в той или иной форме: мы обретаем способность видеть духов во снах или видениях, в кристаллах или тенях. В традиции кимбанды этот дар чаще всего открывается в состоянии одержимости духом, однако существуют и другие средства и способы. Не будем забывать, что некоторые люди наделены способностью к ясновидению от природы.

В трактате «О нигромантии» приводится рецепт для открытия «второго зрения» — способности созерцать «воинства неба и ада». Согласно этому рецепту, следует убить гадюку при Солнце и Марсе в Овне, взять ее клыки, истолочь и смешать с бальзамом и корнем мандрагоры, залить достаточно большим количеством растительного масла и освятить в первый час Солнца или при Солнце в определенном градусе Овна, а когда смесь настоится, использовать ее для умащения. После этого при помощи змеиной крови (или крови летучей мыши или чибиса) можно будет вызывать как легионы смерти и греха, так и духов-врачевателей и чудотворцев.

Смерть Иисуса воспроизводит таинство двух солнц, сокрытых в Sol Niger — черном солнце алхимиков. Дух, которого мы теперь знаем под именем Эшу Рея, или Короля Эшу, входит и принимает власть, которую Иисус сложил с себя на кресте. На протяжении трех часов Эшу Рей вручает дыхание и кровь Иисуса своим легионам и воспроизводит мистерию, в которой Лилит породила сонмы демонов на берегах Красного моря. От имени Эшу Рея эту силу раздает духам Эшу Мея Нойте, Полуночный Эшу, — духовный наставник святого Киприана, наделяющий воинство эшу царской властью.

И, наконец, следует упомянуть об одном звездном символе, а именно, о созвездии Ориона. Древнееврейское название Ориона — Кесилим (Kesilim); его числовое соответствие — 170/730[11]; и это же слово имеет значение «глупцы». Не следует считать это случайностью. В трактате «О нигромантии» Ориону отводится важное место, поскольку именно в этом созвездии, по преданию, был схвачен и повешен вниз головой (как персонаж аркана Таро «Повешенный») предводитель падших ангелов Семьяза. Орион — не только звездный покровитель охотников, но и хранитель тайн, посредством которых ангелы могут облекаться плотью. Иными словами, он воспроизводит в космическом масштабе мистерию оживления мертвых тел и одушевления материи. Кроме того, со звездами Ориона-охотника связаны некоторые эшу, обладающие даром открывать запертые двери и снимать оковы. И, как мне представляется, именно образ Ориона позволяет провести четкую границу между мудрецом и глупцом: мудрец знает, когда и как открывать эти двери и новые возможности, а глупец открывает любую дверь, какую ему заблагорассудится, не считаясь ни с правилами чародейства, ни, тем паче, с голосом духовной интуиции. По этой же линии проходит граница между убийцей и убиенным.


Два солнца и огненная могила Асклепия

Теперь давайте вернемся ненадолго к алхимическим аспектам кимбанды — к символике черного солнца и мистерии гниения. Задумаемся о Солнце, проливающем свет на Землю. Сила его — сухая и всепоглощающая; это огонь, иссушающий материю до твердого камня. Этому процессу окаменения сопутствует процесс нигредо, или гниения, почернения материи, за который отвечает философское Солнце: плоть/материя становится влажной и соединяется с мировой душой в обличье самой Земли. Таково таинство двух солнц, таинство всепожирающего мистического огня. И символ этой мистерии — святой архангел Михаил как Майорал кимбанды. Иными словами, Михаил здесь предстает как вневременная алхимическая персонификация вечного таинства, самого Великого Делания и внутреннего возрождения философского Солнца как залога воскресения и бессмертия. Солнце всходит и к полудню достигает высшей точки своего пути, а затем пускается в дорогу к закату, навстречу ночи, и это — зеркало процессов созревания и природных циклов.

Согласно трактату «О нигромантии», чтобы получить духов-фамильяров, следует работать с ангельским князем по имени Аластиэль (Alastiel). О нем сообщается не так уж много, но я предполагаю, что имя его происходит от латинского имени прилагательного alatus, что значит «крылатый». Эта версия этимологии согласуется с образом Аластора — крылатого посланника Зевса, духа возмездия, которое, как часто утверждают, проявляется в форме проклятия, которое человек невольно налагает на самого себя. Таким образом, можно предположить, что ангельский князь Аластиэль — это сила, несущая возмездие за вредоносные чары. Если это так, то становится понятно, почему автор трактата утверждает, что установить хорошие отношения с этим ангелом чрезвычайно важно. На мой взгляд, его положение в этой системе сходно с тем, которое в иерархии «Истинного гримуара» занимает Скирлин (Scirlin), а в кимбанде — Эшу Калунга (Exu Calunga) и трое «главнокомандующих». Установив добрые отношения с духом, занимающим ключевое место в системе, мы обретаем защитника, который поможет нам сохранять ясность ума и равновесие в ходе нигромантической практики. В этом суть герметической аксиомы «что наверху, то и внизу»: нигромант работает «внизу», то есть над землей и в подземном мире, а «вверху», на небесах, в то же время совершается работа противоположной природы — операции звездной алхимии. Звездное Солнце и драконический Гелиос дополняют и уравновешивают друг друга.

Обратимся к созвездию Геркулеса: до того, как оно получило современное название, халдеи отождествляли его со своим солнечным богом Издубаром, попирающим голову Дракона-Тиамат. Позднее Овидий перенес качества Геркулеса на созвездие Льва, которое он называет «Геркулесовым Львом», «свирепым Львом» и «светом Вакха». Этот перенос Геркулеса-драконоубийцы в солярное сердце созвездия Льва, где сияет звезда Регул (одна из четырех королевских звезд[12], известная также под названием Cor Leonis — «Сердце Льва»), созвучен христианским легендам о святом Георгии и святом Михаиле. Чтобы завоевать солярный статус, герой должен победить дракона и стать его хозяином. Интерес представляет также другая звезда из созвездия Льва — Денебола, «Хвост Льва», которая считается огненной и разрушительной, несчастливой для людей и, в особенности, для тех, кто занимает высокие государственные посты. Денебола служила царственным напоминанием о том, как тяжело бремя царской власти.

Созвездие Геркулеса располагается к западу от Змееносца — еще одного могучего героя, попирающего голову Дракона-Тиамат. Созвездие Змееносца ассоциировалось с Асклепием, а Овидий, как уже говорилось, упоминает Вакха в связи с созвездием Льва. Эти ассоциации заслуживают особого внимания: Асклепий как повелитель змей символизирует магическую власть, а Вакх олицетворяет тот дар прорицания, который проявляется в экстатическом трансе и одержимости. Итак, рассмотрим вначале образы Асклепия и Аполлона, чтобы прояснить еще одну составляющую природы эшу.

Согласно Евангелию от Никодима, Иисуса обвиняли в том, что он изгоняет бесов именем Асклепия. На первый взгляд, непонятно, почему это сочли преступлением; но Аполлодор пишет:

    Став искусным врачевателем и накопив в этом занятии большой опыт, Асклепий не только спасал от смерти, но и воскрешал уже умерших. Он получил от богини Афины кровь, вытекшую из жил Горгоны, и использовал ту кровь, которая вытекла из левой части тела, людям на погибель, ту же кровь, которая вытекла из правой части, для спасения людей: этой же кровью он воскрешал мертвых[13].

Асклепий был сыном Аполлона и царевны Корониды, убитой Аполлоном за измену незадолго до родов. Когда ее тело возложили на погребальный костер, Аполлон вырезал дитя из утробы матери и дал ему имя «Асклепий» — «вскрывающий». Воспитал Асклепия кентавр Хирон — сын титана Кроноса и нимфы Филиры, которую Зевс превратил в липовое дерево (Tilia). Хирон воспринял от отца добродетель и мудрость золотого века и, в свою очередь, передал их своему воспитаннику. Асклепий овладел искусством врачевания в таком совершенстве, что научился воскрешать мертвых, — и Зевс поразил его перуном как преступника, нарушающего естественный порядок вещей.

От удара перуна Асклепий превратился созвездие и был немедленно причислен к сонму богов. С аналогичными явлениями мы постоянно сталкивается и в культе кимбанды, и в бразильском фольклоре в целом. Люди, претерпевшие мгновенное преображение, здесь называются «энкантадос» (encantados), то есть «зачарованные»: они исчезают из материального мира, но не уходят от него далеко, а становятся духовными наставниками и учителями отдельных людей или небольших сообществ. Особенно важное место такие явления занимают в культе катимбо, но некоторые эшу — тоже энкантадос, и они составляют отдельную категорию — «катисос»[14]. Эшу-катисос отличаются от тех эшу, о которых пойдет речь в этой книге. Катисос — это духи природы, которые могут открываться людям, как и другие эшу, и называться именами эшу, но при этом не являются хранителями каких-либо определенных мест или сил: скорее, это силы природы, порожденные самой природой. Эшу-катисос обычно более свирепы, чем классические эшу, поэтому их нужно держать под строгим контролем, чтобы они не навредили медиуму.

Асклепий не умер, но мгновенно растворился в природе, тайны которой постиг так глубоко, и преобразился в созвездие Змееносца. Ворон, донесший Аполлону об измене Корониды, тоже был вознесен на небо в образе созвездия Ворона, восседающего на спине Гидры. Неподалеку от Ворона располагается Вега — ярчайшая звезда созвездия Лиры, по природе своей родственная Венере, а Венеру нередко называют Царицей Жизни, хотя она и склонна к распутству и праздности. Под эгидой Венеры Аполлон достиг символического слияния с нимфой Дафной, своей первой и настоящей любовью: Солнце соединилось с Луной, и атрибутом Аполлона стал лавр, в который превратилась Дафна. Ворон — священная птица Аполлона как солнечного божества и владыки прорицания, а еще один из атрибутов этого бога — Лира, соседствующая на звездном небе с Геркулесом.

Созвездие Лиры хранит некромантические таинства Орфея — мистерии его нисхождения в Аид и его отрубленной головы, которую море вынесло на берег острова Лесбос. Ярчайшая звезда Лиры, Вега, — это душа Эвридики. Орфей не сумел спасти свою возлюбленную, но его голова попала на Лесбос, остров женщин. С мистической точки зрения, это значит, что одна возлюбленная превратилась во многих, а тот, кто любил «одну-единственную», стал единственным для множества любящих. В этом мы усматриваем тесную связь с образом царственных эшу, охраняющих Помба-Жира —Смоковницу Преисподней, жену Семерых Мужей.

С моей точки зрения, Асклепий — это архетип первого некроманта и, следовательно, один из прообразов святого Киприана. Однако Аполлон как владыка лаврового жезла и Лиры хранит ключи к еще более глубокой некромантической тайне. Именно от Аполлона Орфей получает свой дар и вдохновение, а из этого следует, что Аполлон  тоже способен путешествовать в чертоги Смерти и возвращаться обратно. Но в вопросе о происхождении оракульного культа Аполлона обнаруживается одна несообразность. В этом отношении я склонен доверять Аполлодору, который утверждает, что дар прорицания Аполлон получил от Пана, а не от своего отца Зевса, как полагают многие. Образ Пана, вручающего пророческий дар, лучше согласуется со змеиными таинствами, занимающими столь важное место в самом процессе прорицания. До Аполлона Дельфийский оракул принадлежал Пифону, но Пифон был всего лишь устами и языком Геи (земли) и Посейдона (моря). Если мы рискнем провести здесь параллель с духами кимбанды, то первым придет на ум Эшу Калунга, тесно связанный с образами Саси (Saci) и Арони (Aroni)[15] — проводниками сил, во многом подобных тем, которыми обладал Пан. Саси — это карлик-трикстер, поднимающий ветер в лесу.  Арони — песьеголовый вестник Осаньина (Osanyin), духа лесов. Обоим приписывается способность влиять на удачу, склоняя ее в желаемую сторону. Подробнее о них мы поговорим позже, когда речь пойдет о таинствах Эшу Калунга. Сам же Эшу Калунга — это сердце великого смерча: он черпает силу и с неба, и из-под земли, и распространяет ее на 18 легионов своих подчиненных эшу.


Эшу и смерть Вакха

Когда мы привносим в это уравнение Вакха/Диониса, миф о его смерти и нисхождении в Аид (которое роднит его с Гефестом/Вулканом) замыкает круг взаимосвязей между Солнцем, Асклепием, Гефестом и отраженными в этих божествах темами смерти и власти на плане подземных огней и экстазов ночи.

Гефест, сын Зевса и Геры, был хромым богом. Согласно одной из версий, он охромел при падении: Гера сочла сына чересчур безобразным и сбросила с Олимпа. По другой версии, Гефеста сбросил с Олимпа на остров Лемнос сам Зевс — за то, что в споре между Зевсом и Герой Гефест принял сторону матери. Так или иначе, Гефеста приютили морские нимфы — титанида Тефия и мать нереид Эвринома. Девять лет он прожил в подводной пещере, постигая искусство кузнеца и золотых дел мастера. Самый, пожалуй, известный из мифов о Гефесте связан с его неудачным браком: бог-кузнец взял в жены Афродиту/Венеру, но та ненавидела мужа за хромоту и уродство.

Здесь обнаруживается несколько мотивов, связанных не только с греческими богами, но и с эшу. Во-первых, хромота — это изъян, который традиционно приписывается дьяволу, а также ассоциируется с темой падения вообще. Падшие ангелы нередко страдают хромотой, а многих иномирных созданий в легендах узнают по прихрамывающей походке. В иконографии Эшу этот мотив присутствует очень наглядно: одна нога у него человеческая, а другая оканчивается раздвоенным копытом. Интересен также образ подводной пещеры как колыбели Вулкана. В африканских религиях глубочайшие океанские впадины всегда ассоциируются с тайной и с душами предков. Кроме того, образ закатного солнца, уходящего за горизонт над океаном, породил представление о том, что океан пожирает свет и погружает мир во тьму, сам при этом оставаясь темным; однако здесь мы сталкиваемся с одной любопытной метаморфозой. Чем глубже мы погружаемся, тем меньше света проникает сквозь толщу воды, — но зато тем больше вокруг появляется подводных созданий, вырабатывающих собственный свет, и тем более странными и причудливыми становятся их очертания. Таким образом, перед нами — очередная мистерия: в сферах, где обитают тайны и души предков, мы можем научиться сиять собственным светом; и это таинство Вулкана, на мой взгляд, тесно связано и с Эшу.

У Эшу немало общего не только с Гефестом/Вулканом, но и с Дионисом. И дело не только в том, что все они приносят из Аида огонь бессмертия, похищенный с небес, и тем самым являют чудо экстаза и магии. Есть и другие параллели, помогающие нам понять природу этого загадочного существа, известного под именем Эшу. Именно Дионис вернул Гефеста на Олимп, куда тот въехал верхом на осле (как Иисус — в Иерусалим), и это указывает на тесную связь между двумя богами-изгоями.

Если внимательно присмотреться к тому, из какого вещества соткана самая суть Диониса, его родство с Вулканом/Гефестом окажется еще более близким. Это вещество — не что иное, как огонь, пылающий в сердце земли, или пламена подземного мира. Тот же мотив обнаруживается и в характере супруги Вулкана, Афродиты, — богини, совершенно свободной и раскованной в вопросах любви. Диониса можно охарактеризовать как «влажный» эквивалент Вулкана. Это земной огонь преисподней, преображенный в жидкое пламя небес, — посредник между своими же двумя ипостасями, солнечной и лунной, которого по праву можно отождествить с Венерой как звездой, умирающей и воскресающей в течение ночи[16]. Все эти соображения важны для нас постольку, поскольку дают ответ на вопрос, почему огненных и страстных духов кимбанды стали называть «эшу». Именно здесь обнаруживается логическая тому причина, впоследствии забытая. Все объясняется довольно просто: поскольку духи кимбанды считаются пылкими и непредсказуемыми, в их иерархию потребовалось внести некую уравновешивающую силу, которая могла бы открывать и закрывать врата и перекрестки. Идеальным кандидатом на эту роль стал ориша Эшу — толмач для всех миров, обитатель перекрестков, друг премудрости и психопомп. Поэтому в какой-то момент в кимбанде вошло в обычай посвящать новичков в культ Эшу, чтобы тот защищал их и помогал сохранять равновесие при работе с непостоянными духами ночи и огня. Постепенно ориша Эшу стал восприниматься как сила, поддерживающая некое подобие порядка среди духов кимбанды, и тогда эти духи — в гармонии с его многоязыкой природой — начали умножаться в числе и, в то же время, выстраиваться в легионы и роды, распределяясь между подземным, природным и небесным мирами. В наши дни эта историческая роль ориша Эшу почти забылась, но именно в ней заключена причина, по которой Эшу стал воплощением мужского принципа в кимбанде. Именно культ ориша Эшу, заимствованный у йоруба, положил начало и традиции кимбанды в целом, и представлениям об Эшу в самой кимбанде. Об этом свидетельствуют, среди прочего, некоторые формы эбо (ebó), то есть жертвоприношений/подношений, принятые в кимбанде. Однако по своей конструкции кимбандистские сосуды духов более сходны с теми, что используются в культе Осаньина и в мистериальных традициях конголезского происхождения, таких как пало майомбе. Вообще говоря, влияние религии йоруба настолько тесно и многообразно переплелось в кимбанде с коренными бразильскими, конголезскими и европейскими практиками и понятиями, что утверждать, будто одни разновидности кимбанды более «аутентичны» и более «близки к истокам», нежели другие, попросту невозможно. Сама суть кимбанды — разнообразие. Важно только одно: удалось ли нам установить настоящую связь с духами или нет, потому что от этого зависит, кто на ком едет верхом.

Считается, что каждому живому человеку постоянно сопутствует кто-то из эшу и кто-то из помба-жира. Соответственно, эти духи отражают глубинную суть его души и могут проявляться в виде ларов — домашних богов. Большинство эшу и помба-жира тоже когда-то были живыми людьми, но затем, утратив свою телесную оболочку, превратились в олицетворение того или иного духовного качества. Однако и в этом новом обличье они не избавились от влечения к материи и потому остаются созвучны тем или иным движениям человеческой души, обитающей в мире земном.

Поскольку люди все сильнее и сильнее стремятся стать уникальными (и даже в большей мере, чем того требует наша уникальная сущность), такое же стремление возникает и по ту сторону зеркала, в котором отражаются наши души. В результате совместная воля созданий, обитающих по обе стороны этого зеркала между мирами, порождает все больше новых и необычных духов, плодя варианты вариантов. Так, например, встречаются эшу с такими странными именами, как «печь для обжига» или «японский моряк». Появление подобных духов говорит о присущем человеку желании «быть не таким, как все», и, в то же время, показывает, насколько бурно плодятся новые (и заново открываются старые) духовные сущности на почве кимбанды. В этом наша проблема — но в этом же и залог развития. Описанное явление объясняется также многими другими сложными причинами, связанными с механизмом одержания. Но пока я отмечу лишь необходимость учитывать, что история кимбанды — это процесс утраты и постоянного обновления и возрождения культурно-исторической памяти.

Некромантия, несомненно, восходит к культу предков, и мы вправе утверждать, что с ее помощью — с помощью земли, крови и молитв — можно выстроить себе духовную родословную, установить связи между родственными душами, обитающими по разные стороны завесы. Но делать это нужно с осторожностью. Нет такого человека, который идеально гармонировал бы со всеми другими людьми, — и точно так же дело обстоит в мире духов. Что наверху, то и внизу. Некоторые духи презирают род человеческий и склонны вредить людям. Но к этой проблеме мы вернемся позже, а пока что остановимся ненадолго и соберем все эти нити воедино, дабы отыскать сердце Африки в стране-любимице Венеры, стране Веракрус, известной ныне как Бразилия. Нити эти сольются в единое целое в экстазе опьянения, когда завеса плоти будет разодрана и обновится через смерть, когда свои голоса обретут деревья, травы и сама земля. Кимбанда — это некромантический культ, а все некромантические культы тесно связаны не только с огнем, но и с двумя небесными светилами: Солнцем и Луной. В кимбанде Солнце и Луна отданы во власть Эшу и Помба-жира соответственно, а крылья таинств ее простерты на все восемь углов подземного мира.


Обсидиановые крылья

Прежде чем перейти к следующей главе, следует коснуться еще одной темы, связанной с мотивами черного солнца и двойного солнца. В ацтекской мифологии фигурирует Кецалькоатль, пернатый Змей, которого можно назвать одним из самых совершенных символов алхимии. На закате это божество претерпевает метаморфозу и как черное солнце в обличье бабочки проходит сквозь темные области подземного мира. Этому мифу созвучны бразильские, европейские и африканские поверья, согласно которым благородные и возвышенные духи могут посещать нас в образе светлячков, а духи более низкого порядка — в образе ночных бабочек. Кроме того, в современном оккультизме бабочка нередко считается символом души — в первую очередь из-за поразительных превращений, которые она проходит на протяжении своей жизни. В представлениях ацтеков крылья этой бабочки ночного солнца, носившей имя Ицпапалотль, были усеяны обсидиановыми ножами (ее имя означает «когтистая бабочка» или «обсидиановая бабочка», а обсидиан — священный минерал некоторых ипостасей Эшу). Ацтеки полагали, что подземный мир состоит из девяти слоев, за первый из которых считалась поверхность земли, а путь к остальным пролегал через рот гигантской жабы. Девять слоев ацтекской преисподней соотносятся с девятью разновидностями мест силы, распределенным по семи королевствам кимбанды, но к этой классификации, охватывающей множество эшу, мы обратимся позднее.

В вышеописанных образах заключена сложная игра контрастов, поскольку Кецалькоатль противопоставляется также силам цицимиме и сиуатетео[17]. Бабочка, в которую он превращается для своего ночного путешествия, обычно представлялась оранжевой, как солнце. Это бабочка данаида монарх, которая также считалась символом воинов, погибших в сражении: после смерти те превращались в духов, которые несли солнце на своих спинах от рассвета до полудня. От полудня до заката солнце несла Ицпапалотль со своей свитой.

Ицпапалотль правила небесным раем, который считался колыбелью рода человеческого и областью, куда попадают души младенцев, не доживших до года, и женщин, умерших в родах. Она также считалась матерью ночных бабочек и могла являться в образах оленя, летучей мыши, жабы или скорпиона. Кроме того, она представала в виде скелета и возглавляла группу духов-воительниц, свирепствовавших на небе и на земле во время солнечных затмений. В обличье женщины-оленя Ицпапалотль соблазняет мужчин и совокупляется с духами-змеями. И, наконец, у нее есть обличье белой женщины в плаще с капюшоном, с маской на лице, с лапами ягуара вместо рук и с орлиными ногами. Она олицетворяет вредоносную и губительную силу, но считается защитницей женщин, тогда как мужчины служат ей пищей. Эти мотивы связаны с таинствами одной из помба-жира, которую называют Смоковницей Преисподней, и с мистериями некоторых эшу,  таких как Аса Негра (Asa Negra, Эшу Черные Крылья) и Морсего (Morçego, Эшу Летучая Мышь). Что касается животных, посвященных  Ицпапалотль, то в культе кимбанды им отводится важнейшее место. Это культ ночных птиц и амфибий, культ созданий, с легкостью пересекающих границу между водой и сушей и черпающих силу в огне и ядах, а потому я позволю себе заключить главу предостережением, основанным на некоторых личных наблюдениях.


На пути таятся скорпионы

Король культа эшу — само воплощение перемен, преображений и метаморфоз, способное превратить скорбную дорогу человеческой жизни в путь утешения и торжества. Точнее говоря, утешение для всего мира олицетворяет Помба-Жира, а силу торжества несет в себе Эшу. Но свет торжества тоже отбрасывает тени, такие как гордыня, солипсизм и мстительность. Следует понимать, что тень победы — это поражение, а потерпев поражение, мы рискуем начать взращивать в себе ненависть и гнев — самые пагубные из всех ядовитых эмоций. Постепенно эти чувства обретают устойчивую форму, и когда этого искаженного огня становится слишком много, мы выплескиваем его наружу, и весь мир окрашивается для нас в тона ненависти и гнева.

Справиться с противоестественным адским огнем способны лишь немногие, что и неудивительно, учитывая тонкий и сложный характер знаний, которые для этого требуются. Обычно люди видят только яд — и впитывают этот яд. В итоге они превращаются в скорпионов, но только не таких, которые соединяют в собственном естестве высшее с низшим и левое с правом: они попросту наращивают вокруг своей души твердый непрозрачный панцирь и вливают весь накопившийся яд в одну-единственную цель — в попытки отстоять свою позицию, сколь бы абсурдной, нелепой или бесплодной та ни была на деле. С моей точки зрения, описанный механизм заложен в природе самого этого яда, но только от нас зависит, сможем ли мы преобразовать его алхимическим путем или поддадимся ему и погибнем. Если мы отравились, надо лечиться. А лучшее лекарство в данном случае — поработать над собой и осознать, что этот яд либо сделает человека неуязвимым, либо убьет. Путь ядовитого огня — это путь для настоящего человека, для того, кто в пламени преисподней обретает кротость и понимание, кто от испытаний и страданий становится только мудрее и кто воспринимает самого себя как воина, готового принимать жизнь любой ценой. Воистину, это путь темного рыцаря, полный опасностей: идущий по нему получает либо рыцарскую броню,  либо панцирь скорпиона.

Перевод с англ. Анны Блейз


[1] Миронга (mironga) — колдовство любого рода, от простейшего до самого сложного.

[2] Макумба (macumba) — любая разновидность чародейства и заклинания духов; этот термин нередко употребляется в связи с практикой кимбанды.

[3] Кабокло (caboclo) — название одной из групп бразильских индейцев, а также общее наименование мудрых духов, обитающих в дикой природе.

[4] Кашаса — крепкий алкогольный напиток на основе забродившего сока сахарного тростника.

[5] Обсидиановая Бабочка — буквальное значение имени ацтекской богини Ицпапалотль, которая почиталась как владычица судьбы и представлялась в облике огромной черной бабочки с крыльями, усеянными обсидиановыми ножами. Подробнее см. ниже, в разделе «Обсидиановые крылья». — Примеч. перев.

[6] Сорат — каббалистический дух Солнца; его имя в записи еврейскими буквами дает по гематрии число 666: Самех (60) + Вав (6) + Реш (200) + Тав (400) = 666. Этому же числу равна сумма всех чисел, составляющих магический квадрат Солнца («Солнце во всем его совершенстве»). — Примеч. перев.

[7] «Книга о выходе в день» — настоящее название древнеегипетской Книги мертвых; Аменти — название подземного (загробного) мира у древних египтян. — Примеч. перев.

[8] Понто рискадо (ponto riscado) — сигнатуры духов, или чертежи, которые воспроизводят особый характер духа и тем самым способствуют его проявлению.

[9] См. «Оккультную философию» Агриппы, книгу III, главу xlii и главу из «Четвертой книги оккультной философии», приписываемую Агриппе. — Примеч. перев.

[10] Некиомантия (от др.-греч. nekys — «труп» и manteia — «прорицание») — здесь: искусство оживления трупов, отождествляемое с некромантией.  Скиомантия (от др.-греч. skio— «тень» и manteia) — букв. «прорицание при помощи теней». — Примеч. перев.

[11] Каф (20) + Самех (60) + Йод (10) + Ламед (30) + Йод (10) + Мем (40) = 170; Каф (20) + Самех (60) + Йод (10) + Ламед (30) + Йод (10) + Мем конечная (600) = 730. — Примеч. перев.

[12] Королевские звезды, или «стражи неба», — четыре ярких звезды, образующие крест на небесной сфере: Альдебаран (альфа Тельца), Регул (альфа Льва), Антарес (альфа Скорпиона) и Фомальгаут (альфа Южной Рыбы). — Примеч. перев.

[13] Аполлодор, «Мифологическая библиотека», 3.10.3. — Примеч. перев.

[14] Катисо (catiço, букв. «зачарованный») — человек, внезапно исчезнувший из материального мира (наподобие тех, кого в европейских легендах «похищают фэйри»). Иногда этим термином обозначаются также эшу и помба-жира вообще — как «духи волшебства».

[15] Персонажи афро-бразильского фольклора. Саси представляется в образе одноногого мальчика или карлика в красном колпаке и с курительной трубкой; он может исчезать и появляться по своему желанию, а также поднимать ветер. Арони чаще всего тоже представляется как маленький одноногий человечек с курительной трубкой, сделанной из спиральной раковины, хотя иногда утверждается, что у него собачья голова. Арони — слуга Осаньина, духов лесов и врачевания, и сам он — искусный врачеватель и знаток целебных трав, которые повсюду носит с собой в особом ящичке. Согласно одной из легенд, он принес людям огонь, похитив его с небес. Верят, что его присутствие выдают вихри, взметающие сухую листву. — Примеч. перев.

[16] Подразумевается, что планета Венера заходит вскоре захода Солнца, а восходит незадолго до его восхода. — Примеч. перев.

[17] Цицимиме — в ацтекской мифологии группа богинь, составляющих свиту Ицпапалотль. Ассоциировались со звездами, в особенности с теми, которые становятся видны вокруг солнца при солнечном затмении; считалось, что во время затмения они могут спускаться на землю и пожирать людей. Почитались как покровительницы рожениц и повитух.
Сиуатетео — духи, в которых превращались женщины, умершие в родах; часто изображались с черепом вместо головы. Считались похитительницами детей, но, вместе с тем, почитались как богини, прислуживающие солнцу-Кецалькоатлю на закате. — Примеч. перев.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #3 : 10 Апреля 2021, 14:42:43 »
IV. Огненная смоковница

Я не могу не прийти к выводу, что самый совершенный тип мужской красоты — это Сатана, каким его изобразил Мильтон.

— Шарль Бодлер

В одной из понто кантадо для Помба-жира Фигейра ду Инферну (Figueira do Inferno, Смоковница Преисподней) мы поем: «Потряси смоковницу, потряси смоковницу, и посмотрим, как с дерева посыплются эшу». Этот стих показывает, насколько тесно Эшу связан с Помба-жира, Женой Семерых Мужей, и дает представление о том, сколь велика власть Королевы Кимбанды. Если она пошатнется, Эшу упадет. Помба-жира олицетворяет всю совокупность женских возможностей. Ее лучами пронизаны и торжественные шепоты кладбища, и пылающая похоть вампиров. Она — суровая и властная Королева, и она же — госпожа разврата.


Вольнодумные духи истины

За годы своего существования кимбанда приобрела репутацию одной из самых гостеприимных традиций африканской диаспоры. Это культ, принимающий людей во всем их разнообразии и не осуждающий никого. Именно из-за этого многие начали придавать непомерно большое значение сексуальной составляющей кимбанды; например, в наши дни некоторые утверждают, что Помба-жира предпочитает гомосексуалов, проституток, трансгендеров и транссексуалов. Но это не так: Помба-жира не отдает предпочтения никому. Духам кимбанды попросту нет никакого дела до нашего цвета кожи, социального положения или сексуальной ориентации. Что для них важно, так это искренность и честность — способность признавать те глубокие истины, которые для нас зачастую трудны и мучительны.

Помба-жира — это духовная сила, побуждающая человека быть верным самому себе, а Эшу поддерживает ее, служит для нее опорой. Такое впечатление, что традиционная символика мужского и женского начал здесь выворачивается наизнанку: мужчина предстает как опорный столп, а женщина — как формирующаяся вокруг него сфера возможностей. И та сила, благодаря которой столп держится прямо и стойко, — это живое, бьющееся сердце женщины, ее кровь и душа.

Открытость и доступность кимбанды объясняются не только социальными условиями, в которых кимбундуязычные народы жили в Новом Свете, но и естественным для Бразилии культурным многообразием, в контексте которого сложился своеобразный культ поклонения женщине, хотя и омраченный мачизмом, столь характерным для латиноамериканских стран. Предания макумбы, позднее отождествившейся с кимбандой, пестрят сюжетами о мужчинах, встающих на защиту женщины, о мужчинах, идущих ради женщины на смерть, и о женщинах, принимающих множество любовников. Многие эшу, подобно падшим ангелам, по самой своей природе обожают женщин. В сущности, они потому и стали демонами, что признали в женщине душу и сердце, признали, что у женщины есть свое собственное предназначение и смысл жизни. Не побоюсь предположить, что, в конечном счете, даже самые коварные и злые эшу могли бы поведать историю о некой женщине, которая и стала морским дном для их якоря.

В самом средоточии кимбанды мы обнаруживаем торжество сердца, души и женщины. Поэтому нет ничего удивительного в том, что всякий, на кого общество смотрит с осуждением, при вольном и диком дворе Королевы Кимбанды почувствует себя как дома. Она — суровая Госпожа и нежная Утешительница, она — чистая душа, не осуждающая никого. Ударами кровавого бича она закаляет души мужчин и женщин, чтобы те были верны своей свободе и не страшились обратить свою судьбу в пламя экстаза.

То обстоятельство, что кимбанда не дискриминирует людей по признакам пола и сексуальной ориентации, восходит к ее африканским корням: среди кимбундуязычных народов сексуальным предпочтениям обычно не придавалось сколько-нибудь серьезного значения. В других областях Западной Африки, в особенности южных, гомосексуальность чаще рассматривали как преступление против природы, как проявление грубого неуважения к земле и так называемому «естественному порядку вещей». Кое-где она даже каралась смертью. Но среди народов, говоривших на кимбунду, дело обстояло иначе. И бразильская кимбанда развивалась преимущественно в среде их потомков, разбавленной столь же свободомыслящими коренными обитателями Бразилии и изгнанниками из Европы. Непредвзятость, типичная для этой группы выходцев из Африки, в сочетании с маргинальной культурой ссыльных европейцев и с естественным жизнелюбием индейских народов сформировали такую почву, на которой предрассудкам укорениться было негде.

Помба-жира приняла в свои объятия всех сластолюбцев и вольнодумцев — и тем самым превратилась в обоюдоострый кинжал чувственности и эротизма. Но не следует полагать, будто Помба-жира — это дух, побуждающий людей культивировать в себе пороки. Скорее, это сила, вводящая нас в такие ситуации, где мы вплотную сталкиваемся с пороками и с чувственным миром души, чтобы глубже понять самих себя и окружающий мир. Проявляясь в этой форме, она заявляет перед всем миром, насколько важно и ценно для человека хранить верность себе и своему выбору, несмотря на все превратности судьбы. В мире Помба-жира нет ничего «правильного» или «неправильного» — есть только простая возможность принять или отказаться. Ее бич гонит нас от социальной приемлемости к принятию самих себя.

Поскольку Помба-жира — это лиминальная духовная сущность, охватывающая все крайности жизни и жизненного опыта, то вполне очевидно, что ее покровительство пойдет на пользу любой женщине-проститутке (да и всем, кто работает в секс-индустрии, если уж на то пошло): Помба-жира олицетворяет все проявления женской природы и защищает женщину во всех обстоятельствах. Точно так же Эшу оберегает всех достойных мужчин — всех, кто верен своему сердцу и своей истине, — в какой бы ситуации те ни оказались.

В последние лет тридцать проявилась новая тенденция: кимбанду все чаще и чаще используют как средство для исполнения желаний. Люди обращаются к духам кимбанды, чтобы с их помощью привязать к себе объект своего вожделения или обрушить башню на голову своего личного врага. В прошлом эшу обычно просили о другом: развеять печали, восстановить справедливость, помочь выбраться из нищеты. Но мир меняется, а вместе с ним меняются и запросы. Естественно, эшу могут исполнять и просьбы нового рода, но следует понимать, что любое вмешательство в естественный ход событий имеет свою цену и свои последствия. Если мы хотим использовать кимбанду, чтобы, например, привязать к себе объект желания, то прежде всего следует задаться вопросом: что нами движет? И тогда мы поймем, что под видом магической операции всегда кроется некий дар или урок. Чем яснее мы будем это понимать, тем менее извилистым окажется наш путь к исполнению желаемого.

В угандийском космологическом мифе, который пересказывают в своей книге Шарлотта и Вольф Леслау, у божества по имени Кабезья Мпунгу (эквивалентного образу верховного бога в религии банту и конго) рождается четверо детей: Солнце, Луна, Тьма и Дождь. Затем Кабезья Мпунгу создает первых мужчину и женщину и решает удалиться от дел. Но прежде он собирает вместе четверых старших детей и спрашивает, что они будут делать в его отсутствие. По ответам становится ясно, что каждый из них намерен злоупотреблять своей силой и делать все, чтобы воцариться над миром единолично. Тогда Кабезья Мпунгу заставляет их заключить договор, разделив между собой сферы влияния, и уходит, оставив вместо себя Сердце (Мутимба). Сердцу становится одиноко, и оно говорит: «О, как сильна моя жажда соединиться с Ним вновь! Но мне Его не найти. Что ж, тогда я войду в Человека и буду искать Бога вместе с ним, из рода в род».

Это удивительная и очень красивая история: сердце, престол души, оказывается в окружении сил, склонных подавлять друг друга и нарушать равновесие, но само оно стремится только ввысь — к истоку всего сущего.


Сады преисподней

Каждый кимбандейро — своего рода врачеватель, а потому часть его обучения должно составлять знакомство с медициной и свойствами растений. Травник эшу состоит из лекарств и ядов, из седативных и психотропных средств, успокаивающих или, напротив, возбуждающих разум и страсти. Травы и ветви, деревья и запахи, посвященные эшу, по природе своей родственны огню и Сатурну, Солнцу, Юпитеру и Меркурию. Среди них есть растения, олицетворяющие смерть, — ядовитые травы и такие деревья, как тис и кассава (Manihot esculenta). Морозник, мандрагора и «дыни святого Гаэтано» (они же горький огурец, лат. Momordica charantia) соседствуют здесь с «терновым венцом» (как иногда называют молочай Миля, лат. Euphorbia milii), мятой, макадамией и лавром. В нижеследующий краткий травник я включил те растения, качества которых гармонируют с природой Эшу. Здесь собраны деревья и травы со всего света и перечислены те их свойства, которые находят непосредственное применение в кимбанде. Эшу в кимбанде нередко принимают облик летучих мышей, ворон и неопределенных гибридов — помесей животного с растением или минералом, как, например, Эшу до Лодо, одушевляющий илистые побережья, или Эшу Браза, живущий в углях костра. Метаморфозы, которые претерпевают эшу, разительно отличаются от тех, которые свойственны помба-жира, а потому и в саду их растут совсем другие растения. Итак, добро пожаловать в этот тайный сад, где ночами бродит сам Эшу!

Абрус молитвенный (порт. olhos de Exu — «глаза Эшу», лат. Abrus precatorius) — лиана с семенами характерного вида, напоминающие красные глаза с черным зрачком. В целом это очень могущественное растение. Говорят, что оно содержит в себе совокупную преобразующую силу всех эшу, — и, соответственно, его используют для проявления этой силы.

Авокадо (порт. abacate, лат. Persea americana) непосредственно в культовой практике используется редко, но его целебные свойства весьма разнообразны. Настой листьев авокадо укрепляет иммунную систему и организм в целом. Плоды можно использовать как средство от импотенции и, наоборот, для усмирения чрезмерной похоти. Магическая работа такого рода проводится у подножия дерева авокадо и под покровительством определенных эшу, таких как Сети Сомбрас (Sete Sombras, Семь Теней), Педра Прета (Pedra Preta, Черный Камень) и Сети Кобрас (Sete Cobras, Семь Змей).

Аир обыкновенный, или аир тростниковый (Acorus calamus) — растение, из стеблей которого Пан когда-то сделал свою флейту. По свойствам он близок линии Моссоруби и, в особенности, Эшу Велудо (Exu Veludo, Эшу Бархат). Его можно использовать в магических операциях, призванных повлиять на разум и мысли других людей. Также с ним можно работать в магии, связанной с линией Малей и с королевством Калунга.

Аконит, борец или волчий корень (лат. Aconitum napellus) — растение родом не из Бразилии, но оно хранит тайну ликантропии и тем интересно. Подобно наперстянке, схожей с ним по свойствам, оно произрастает на каменистой почве адских садов. Говорят, аконит вырос из капель слюны, упавших из пасти Кербера, когда тот боролся с Гераклом.

Базилик килиманджарский (порт. alfavaca, лат. Ocimum kilimandscharicum и другие подобные виды) — растение родом из Африки, известное также под названием «черный опал». В кимбанде предпочитают работать с теми видами базилика, у которых к основному запаху примешивается отчетливый камфорный, цитрусовый или гвоздичный аромат. Эти виды обладают более мощными магическими свойствами, чем базилик обыкновенный (Ocimum basilicum), и заключают в себе великую преображающую силу. Их можно использовать как универсальные растения для всех типов операций — и для защиты, и для привлечения желаемого, и для нападения. Особые узы связывают базилик с линиями Малей, Наго и Моссоруби. Способов его применения известно множество; один классический метод заключается в том, чтобы связать семь свежих стеблей базилика в пучок, перевязать черно-красным шнуром и вручить в дар эшу. Этот пучок следует оставить на алтаре эшу на всю ночь в окружении трех свечей, а на следующую ночь — вложить в пучок записку с именем человека, на которого вы хотите повлиять. Имя следует записать, перекрыв семью крестами, и желательно не на бумаге, а на коре подходящего дерева. Вкладывая записку в пучок, следует петь понто кантадо. После этого пучок оставляют в чаше, наполненной уксусом, солью, перцем и гвинейской травой (Petiveria alliacea), если желают вселить в человека тревогу и беспокойство, или же медом, розмарином, гвоздикой и розами — если хотят пробудить в нем любовное влечение. Эшу нужно поднести семидневную свечу, кашасу и красное вино, а чашу с пучком базилика — держать на алтаре три дня, после чего вынести и оставить ее содержимое в соответствующем королевстве.

Бакхарис (порт. carqueia, лат. Baccharis trimera) — могущественное растение, горькое на вкус, но хранящее в себе лекарства от гепатита и диабета. Оно превосходно укрепляет мужскую силу, и все эшу его очень любят — вероятно, за фаллическую форму и характерно мужские свойства. Кимбандейро также используют его для укрепления духа — как в виде обычного настоя, так и в форме настойки на коньяке или кашасе.

Банан — сам по себе огромное королевство. Он обладает седативными свойствами и продлевает жизнь. Его любят змеи и многие насекомые. Под бананом можно проводить ритуалы агрессивной магии с помощью Эшу Серра Негра (Exu Serra Negra, Эшу Черное Нагорье). Такие обряды призваны сократить срок жизни врага. В них используют ножи, масла определенного рода, серу и порох; магические операции совершаются над листом банана и именем жертвы.

Бархатцы мелкие (порт. cravo de defunto — «гвоздика мертвых», лат. Tagetes minuta) принадлежат королевствам Калунга и дас Альмас: они служат проводниками для душ умерших, но могут и вдыхать жизнь в духов, привязанных к земле. Их можно высадить в ряд для обозначения границы — и, следовательно, места общения — между живыми и мертвыми.

Белена черная (лат. Hyoscyamus niger) — трава святого Киприана. В Бразилии в дикой природе она не растет, но я все-таки посадил ее в своем тронко[1] как горькое растение, обладающее ликантропическими свойствами, и на нее тотчас слетелись мириады крылатых эшу, — а это значит, что белене родственны такие эшу, как Морсего (Morcego, Летучая Мышь), Аса Негра (Asa Negra, Черное Крыло) и дас Кобрас (Exu das Cobras, Эшу Змей). Ее можно использовать как в благотворной, так и во вредоносной магии, но прежде всего — для оборотничества.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #4 : 10 Апреля 2021, 14:43:19 »
Бессмертник сицилийский (лат. Helichrysum siculum) применяется в различных целях, но главное его свойство — напитывать кости животворной силой Солнца. Его можно использовать в тонких операциях по оживлению черепов и костей ради общения с умершими.

Бобы (лат. Vicia faba), в особенности черные, — это, по преимуществу, некромантическое растение. С помощью бобов можно защитить свою территорию, разбросав их перед всеми входными дверьми дома и/или у ворот. Из нескольких книг Киприана и других черномагических гримуаров известно, что бобы, посаженные в глазницы черепа и там проросшие, обретают уникальные магические свойства. В кимбанде черные бобы используются как подношения для всех эшу, но особенно их ценят Омолу и подчиненные ему духи.

Болиголов пятнистый (лат. Conium maculatum) — источник яда цикуты, испив которого, Сократ отлетел на ту сторону мира. Это растение — универсальный ключ ко всем королевствам: некроманты глубоко чтут его вот уже на протяжении трех тысячелетий. Оно принадлежит Омолу и Эшу Сети Крузес (Exu Sete Cruzes, Эшу — Семь Крестов) и используется в магии, чтобы наслать на человека неизлечимую болезнь или смерть.

Бузина (порт. sabugueiro, лат. Sambucus sp.) — дерево, которое считается мудрым, но и суровым. Оно посвящено королям и королевам в иерархии духов кимбанды, а также Эшу Кебра Гальо (Exu Quebra Galho, Эшу, Ломающий Ветви) как хранителю границ. Ветви бузины можно срезать в сумерках, связать в пучок как розги и использовать в магических операциях, призванных причинить человеку страдания. Плоды бузины можно добавить в паде, чтобы вызвать у человека приязнь или даже влюбленность.

Виноград (лат. Vitus vinifera) почитают как проводник духов, способствующий проявлению эшу и помба-жира. Виноградные листья можно использовать как тарелки для подношений и включать в любую магическую операцию, в каком бы из королевств та ни проводилась.

Вишня (лат. Cornus spp.) дает красные кисло-сладкие плоды, которые нравятся духам из линии Душ и линии Малей. В королевствах дас Матас и Лира к вишням тоже относятся с почтением.

Вяз (лат. Ulmus glabra) — дерево сновидений и лестница, по которой обитатели Аида поднимаются в мир живых для общения с людьми. Говорят также, что это дерево охраняет сад Гесперид. Его можно использовать как союзника общего рода в королевстве дас Матас.

Гвинейская трава, или кубинский чеснок (лат. Petiveria alliacea), — могущественное растение-защитник. Его корень, измельченный в порошок, токсичен и обладает галлюциногенными свойствами; он может вызывать временное или даже постоянное умопомешательство и вводить в кататоническое состояние. С другой стороны, это растение обладает мощными дезинфицирующими свойствами и с его помощью можно разрушить любое заклятие и возвратить негативные энергии отправителю. Это любимое растение Эшу Морсего (Exu Morcego, Эшу Летучая Мышь), и чаще всего его используют в операциях вредоносного характера и для активной защиты.

Гелиотроп (лат. Heliotropum sp.) несет в себе властную силу Солнца и может использоваться как общее средство для смягчения негативных ситуаций и подчинения негативных энергий. Особенно его чтут в королевствах Калунга и дас Прайяс.

Гелиотроп индийский (порт. crista de galo — «петушиный гребень», лат. Heliotropium indicum) в форме настоя используется как антисептик. Это растение родственно Эшу Кебра Гальо (Exu Quebra Galho, Эшу, Ломающий Ветви) и Эшу Сети Портас (Exu Sete Portas, Эшу Семи Дверей) и, как говорят, способно «поднять со дна затонувшую душу», то есть исцеляет от меланхолии.

Горький огурец (порт. melão de São Caetano — «дыни святого Гаэтано», лат. Momordica charantia) — защитное ядовитое растение, принадлежащее Омолу и королевствам Калунга и дас Матас. В магии его используют и для насылания смерти, и для оживления мертвых, но главное его предназначение — отводить от человека энергии враждебных духов.

Дуб каменный (лат. Quercus ilex) — дерево дриад. У многих народов и во многих религиях дуб считался Королем Леса. На ветвях дуба висело золотое руно, охраняемое драконом. Это дерево говорит нам о наследственности и смерти, ибо оно — предок жрецов.

Имбирь (лат. Zingiber officinale) — растение, корень которого любят все эшу и помба-жира. Он имеет огненную природу и в форме спиртового настоя превращается в жидкость, прекрасно проводящую огонь этих духов. Кроме того, из корня имбиря вырезают символическое изображение человека, на которого хотят повлиять, и кладут эту куклу вместе с вольтами в сосуд, наполненный горькой или сладкой жидкостью, после чего на протяжении семи дней подряд молятся и поют над ней при зажженных свечах и воскурениях табаком.

Кактусы и другие суккуленты — замечательные растения для защитной магии. Кроме того, их можно использовать в агрессивной магии, чтобы поразить жертву ядовитыми шипами. Чем более ядовит кактус, тем лучше, а работать с ним очень просто: поместите его к стопам эшу и умастите, вкладывая свои желания в колючки кактуса.

Кипарис вечнозеленый (лат. Cupressus sempervirens) почитался как материал, из которого был вырезан посох Асклепия, и как священное дерево Аполлона. Подобно лавру, кипарис помогает подчинять души умерших в некромантических операциях, а вдобавок служит проводником для душ, покинувших тело. Его сочная древесина превосходно подходит для магической работы, направленной на возвращение мертвых в мир живых и на общение с ними.

Клещевина обыкновенная (лат. Ricinus communis) родственна Омолу и Эшу Рею. Это растение олицетворяет безмятежность смерти и огня. На листьях клещевины подают подношения духам; также их используют непосредственно в магической работе и как компонент сосудов для эшу. Клещевина умеренно токсична, но заключает в себе удивительные свойства и, подобно кожуре апельсина, может служить магическим топливом, что свидетельствует о присущей ей силе огня.

Клидемия жестковолосистая (порт. folha de fogo — «огненные листья», лат. Clidemia hirta) — незаменимое растение для изготовления сосудов для эшу и помба-жира. Оно заключает в себе растительный огонь, дающий жизнь эшу.

Кола заостренная (лат. Cola acuminata) используется для гадания, как и репчатый лук, который, согласно учению кимбанды, содержит такую же долю огня. И разломанный на четвертинки орех колы, и две разрезанные луковицы — это, в сущности, один и тот же огненный оракул. Орехи колы, так же как и репчатый лук, символизируют устойчивость и дар прорицания и пользуются уважением среди всех духов.

Кориандр посевной (порт. coentro, лат. Coriandrum sativum) чтут все духи, населяющие королевства Лир и Побережья. Это могущественное растение, объединяющее в себе силы Сатурна и Венеры, и его можно использовать в магии подчинения и соблазнения. Особенно тесное родство связывает его с такими эшу, как Сети Лирас (Sete Liras, Семь Лир), дос Инфернос (Exu dos Infernos, Эшу Преисподней) и Зе Пелинтра (Zé Pelintra, Хосе-Плут).

Лаванда (порт. alfazema, лат. Lavandula sp.) используется для привлечения духов из линии Душ и эффективно изгоняет все негативные влияния. Она обладает дезинфицирующими свойствами, успокаивает разум и вызывает сновидения. Ее можно использовать как для окуривания, так и в форме настоя.

Лавр (лат. Laurus nobilis) несет в себе дары Солнца и приносит некроманту победу и торжество в его искусстве. Это растение принадлежит Майоралу и Эшу Рею и почитается в королевстве Энкрузильядас.

Лимонное сорго (порт. cidreira, лат. Cymbopogon sp.) называют также «травой лихорадки», потому что он снижает температуру тела и помогает от болезней, вызывающих жар. Из него можно также приготовить мазь для умащения всего тела при подготовке к различным магическим операциям, прежде всего — агрессивного и защитного характера.

«Лоза кабокло», или «лоза духов» (порт. cipó caboclo), — общее название для некоторых лиан рода давилла (лат. Davilla) и для растения банистериопсис каапи (порт. cipó mariri, лат. Banisteriopsis caapi), которое, наряду с чакроной (порт. rainha — «королева», лат. Psychotria viridis) входит в состав аяйхуаски. Все эти растения посвящены Эшу Пантера Негра, но используются и для священного общения с духами вообще, и в этом качестве их ценят все эшу.

Мак колючий, или аргемона мексиканская (лат. Argemone mexicana), — священное растение линии Малей. Считается, что он помогает насылать на людей смятение и страх. Также его используют при лечении маларии. Колючий мак умеренно токсичен и по свойствам близок якорцам стелющимся (лат. Tribulus terrestris). Ему родственны такие эшу, как Морсего (Morcego, Летучая Мышь) и Аса Негра (Asa Negra, Черное Крыло), и с его помощью можно лишить человека душевного покоя.

Мак опийный, или мак снотворный (лат. Papaver somniferum), — это, в первую очередь, священное растение Помба-жира, однако его используют и некоторые эшу — для причастия и для того, чтобы насылать добрые или дурные сны. Особенно тесно мак связан с Эшу Морсего (Exu Morcego, Эшу Летучая Мышь) и с королевствами дас Прайяс и Энкрузильядас.

Мальва лесная (лат. Malva sylvestris) — одно из любимых растений Эшу Велудо (Exu Veludo, Эшу Бархат) и обитателей королевства дас Матас. Кроме того, оно считается травой Транка Руаса, поскольку делает путь к цели более приятным. Это могущественное растение, открывающее новые возможности и приносящее достаток и любовь. Способов магического применения мальвы известно так много, что и не перечислить, — и ее не случайно называют благодатью кимбанды.

Манговое дерево (лат. Mangifera sp.) — одно из главных священных деревьев кимбанды, потому что плоды его считаются даром самого Солнца, — и, следовательно, манго олицетворяет власть над смертью и мертвыми. По своему статусу оно сходно с лавром. Манговое дерево всегда участвует в посвятительных церемониях кимбанды. Оно считается почти таким же могущественным, как духи предков, и обязательно входит в состав сосудов для эшу. Эшу Мангейра (Exu Mangueira, Эшу Мангового дерева) — это великая стабилизирующая сила, при помощи которой можно призвать на помощь весь сонм лесных эшу — как для благотворной, так и для вредоносной магии.

Мандрагора (лат. Mandragora sp.) в Бразилии в дикой природе не произрастает, но настолько могущественна, что обойти ее молчанием невозможно. Лично я посадил мандрагору в своем тронко в честь эшу и обнаружил, что Эшу Мор (Exu Mor) чтит ее духа как равного себе. Она вступила в занятный симбиоз с желтым маниоком: по-видимому, духи этих растений признали друг друга.

Маниок (лат. Manihot), как белый, так и желтый, — исключительно важное растение. Имя Мани носил воин из племени тупи, принесший себя в жертву ради благополучия своего племени, которое страдало от засухи и голода. Молодого воина похоронили, и из тела его выросло растение, получившее название «маниок», а бог-громовник тотчас послал на землю проливной дождь с громом и молнией. Так, по индейской легенде, маниок (название которого означает «дом Мани») стал первым съедобным плодом, который произрастила земля. Белый маниок символизирует дар жизни, а желтый — дар смерти. Маниок — это пища богов и пища золотого века, а в силу своей двойственной природы он олицетворяет Древо Познания, плоды которого принесли в мир время и смерть. Важнейшее значение он сохраняет и по сей день: из муки маниока или из кукурузной муки готовят паде — основную пищу, которую подносят в дар духам кимбанды. Кукуруза сходна с маниоком своей удивительной стойкостью: она выживает даже в самых трудных условиях.

Мартиния однолетняя (порт. garra de Pomba Gira — «когти Помба-жира», лат. Martynia annua) стабилизирует огонь эшу и помба-жира и необходима в случаях, когда вы желаете усадить помба-жира в сосуд. Кроме того, ее можно использовать для стабилизации хаотичных энергий, делая подношения кашасой или землей с добавлением семян мартинии.

Марь амброзиевидная (порт. erba de Santa Maria — «трава святой Марии», лат. Chenopodium ambrosioides) — любимое растение Эшу дас Альмас (Exu das Almas, Эшу Душ) и одно из любимых растений в королевстве Энкрузильядас. Оно богато железом и оказывает целебное воздействие на мягкие ткани и слизистые оболочки глаз и других органов. Считается, что это растение помогает возвращать к жизни мертвые кости, и потому его используют в некромантических и медиумических операциях.

Мимоза стыдливая (порт. dormideira, лат. Mimosa pudica) — коварное и умеренно токсичное растение. Само по себе оно служит средством от бессонницы, но в магическом применении может сделать вора незаметным, как тень, или отвести человеку глаза, чтобы он не замечал какой-либо тайной или подпольной деятельности. Работать с этим растением следует под покровительством Эшу Жира Мундо (Exu Gira Mundo, Эшу-Мировращатель), а объектом манипуляций, обозначающим того, кого оператор желает «успокоить», служат цветки растения. Кроме того, с помощью мимозы можно пробудить дремлющие чувства; для этого цветки смешивают с медом, яблоками и сладким красным вином, а на помощь призывают Эшу Портейру (Exu Porteira, Эшу Ворот), Эшу Велудо (Exu Veludo, Эшу Бархат) и Эшу до Кабаре (Exu do Cabaré, Эшу Кабаре).

Мирра (лат. Commiphora myrrha) — смолоносный колючий кустарник, в который превратилась мать Адониса. Мирра используется в магии, чтобы вдохнуть жизнь в умерших: ее смолой окрашивают кости и магические орудия. Она посвящена линиям Кладбища и Душ.

Морозник (Helleborus sp.) любят такие эшу, как Морсего (Morcego, Летучая Мышь), Каминалоа (Kaminaloa) и многие другие, — за его способность вызывать исступление и умопомешательство. Это растение — ключ к ночи и к непостижимому огню, пылающему в сердце Смоковницы.

Мята (лат. Mentha sp.) издревле ассоциируется с Аидом и Нижним миром: ее корни — это языки самой Преисподней, расстилающиеся под землей. Многие виды этого растения богаты эстрогенами, в связи с чем избыток мяты считается вредным для мужского огня, а одна из ее разновидностей, мята болотная (лат. Mentha pulegium), обладает абортивным действием.

Олива европейская (лат. Olea europaea) ценится в кимбанде как источник оливкового масла, служащего основой для многих священных масел. Оливковое масло можно использовать как заменитель пальмового, а при работе с линией Малей ему следует отдавать предпочтение.

Орех грецкий (лат. Juglans regia) по свойствам близок каштану городчатому (лат. Castanea vesсa) и пользуется большой любовью у духов линии Кладбища. Он способен повелевать духами всех родами и служит хорошей основой для причастия, а также помогает исправить ошибки в магической работе и привести в порядок хаотичную житейскую ситуацию. Это дерево посвящено Эшу Мору (Exu Mor) и Эшу Капа Прета (Exu Capa Preta, Эшу Черный Плащ).

Полынь горькая (лат. Absinthum sp.) — главное растение линии Малей и, в особености, Эшу Марабо (Exu Marabô). Дело не только в том, что оно входит в состав его любимого напитка, абсента, но и в том, что горькая полынь способна наводнить разум иллюзиями и порочными желаниями. Поэтому ее можно использовать как врата для киюмб.

Роза (лат. Rosa sp.) — цветок смерти Адониса и один из цветов, которые собирала Персефона, когда ее похитил Аид. С ее помощью можно как разжечь, так и угасить страсть, и в особенности ее почитают в королевствах Лиры (Арфы) и Калунга.

Розмарин лекарственный (порт. alecrim, лат. Rosmarinus officinalis) — растение, укрепляющее душу и разум и особо посвященное королевству Калунга и берегам океана. Оно применяется в любовной магии, в связи с чем считается растением-союзником итальянских ведуний-стрег. Кроме того, розмарин обладает, если можно так выразиться, благодатью: он служит превосходным средством для освящения различных территорий и домов. Нередко его используют в составе смесей для омовения, предваряющего очищение храма или жилища. Эффективен он и в операциях, направленных на пробуждение любовного влечения: он разжигает яркий огонь любви и страсти. Чтобы очистить тронко кимбанды или избавиться от негативных энергий в доме, вымочите в 300 мл водки 2/3 розмарина и 1/3 сырого табака и добавьте в воду для очищения.

Сассапариль шероховатый (лат. Smilax aspera) — это лиана с красными ягодами, похожая на плющ, венками из которого украшали себя участники оргий в честь Диониса. Сассапариль любят Эшу Транка Руас (Exu Tranca Ruas, Эшу, Закрывающий Пути), Эшу Транка Тудо (Exu Tranca Tudo, Эшу, Закрывающий Всё) и Эшу Жира Мундо (Exu Gira Mundo, Эшу-Мировращатель). С его помощью можно как открывать дороги, так и сбивать человека с пути.

Сельдерей (лат. Apium sp.) — священная трава, которую гоэты использовали для омовения тел. Кроме того, на ее основе готовили святую воду, изгоняющую призраков и ларв (киюмб). Ложе, устланное ветками сосны и стеблями сельдерея, можно превратить в смертный одр, воззвав о помощи к Эшу Сети Крузес (Exu Sete Cruzes, Эшу — Семь Крестов).

Сенна туполистная (лат. Senna obtusifolia) — трава, пользующаяся большой любовью в королевстве Крузейро. Она успокаивает страсти и пробуждает дар ясновидения. В особенности ее ценят Эшу Кавейра (Exu Caveira, Эшу-Череп) и Помба-жира Райнья да Калунга (Pomba Gira Rainha da Calunga, Королева Кладбища). У сенны много общего с кофе, так что их можно использовать как взаимозаменяемые растения. Но в королевствах дас Альмас и Калунга больше любят настоящий кофе.

Смоковница (лат. Ficus carica) — дар для кимбандейро от самой Преисподней. В древности она олицетворяла Персефону, а ныне считается символом королевской власти Помба-жира. Это дерево посвящено Майоралу, Эшу Калунга (Exu Kalunga, Эшу-Кладбище) и Эшу дос Инфернос (Exu dos Infernos, Эшу Преисподних).

Сосна (лат. Pinus sp.) — величавое и мудрое древо смерти, священное для всех королевств, но в особенности — для Калунга, ибо сосна — это квинтэссенция смерти и убийства. Она хранит души людей, умерших насильственной смертью.

Фенхель гигантский, или ферула обыкновенная (лат. Ferula communis), — то самое растение, в полом стебле которого Прометей принес людям огонь, похищенный у богов. Считается, что у него огненная сердцевина, и стебель его можно использовать как посох. Из семян гигантского фенхеля готовят успокоительный настой для омовения реликвий и священных предметов. Это растение можно использовать в королевстве Энкрузильядас.

Фисташка мастичная (порт. aroeira, лат. Pistacia lentiscus) незаменима в ситуациях, когда нужно усадить эшу в сосуд. Смола этого дерева считается концентрированным огнем эшу, но можно использовать и толченую кору: по свойствам она схожа со смолой. Мастика успокаивает все беспокойное и обладает мощными защитными свойствами. Сосуд из освященной коры и смолы можно поместить у ворот или дверей дома, и он будет отвращать все дурные влияния.

Шалфей (лат. Salvia sp.) посвящен линиям Малей и Кладбища и королевству Крузейро; с помощью этого растения можно изгонять враждебных духов или направлять их на какую-либо цель. Шалфей можно использовать для подношений и воскурений. Магическая ванна с шалфеем, солью и лавандой очищает от всех негативных энергий.

Шелковица черная (порт. amoreira, лат. Morus nigra) хранит предание о Пираме и Фисбе — вавилонской паре влюбленных, тайно встречавшихся под шелковицей, или тутовым деревом. Но однажды Пирам, придя на свидание, увидел под деревом львицу с окровавленной пастью, и, решив, что та погубила Фисбу, бросился на собственный меч. Фисба, застав возлюбленного уже смерти, последовала его примеру. Шелковица впитало кровь Пирама и Фисбы, отчего ее ягоды навсегда сделались темно-красными. В кимбанде она считается дьявольским древом мудрости и может применяться в магии защиты и привлечения любви. Кроме того, она способна насылать роковые случайности. Это дерево посвящено Эшу Мору (Exu Mor), Эшу Морсего (Exu Morcego, Эшу Летучая Мышь) и Эшу Мея Нойте (Exu Meia Noite, Полуночный Эшу).

Шпороцветник бородатый (лат. Plectranthus barbatus), известный также под названием tapete de Oxalá («ковер Ошалы»), — могучее растительное средство, очищающее дух, разум и внутренние органы. Это растение можно использовать в виде настоя, обладающего седативными свойствами; оно помогает при заболеваниях печени и снимает тошноту.

Эвкалипт (лат. Eucalyptus) — мощное дезинфицирующее средство. Кроме того, оно обладает силой земли и потому служит замечательным растением-союзником для всех, кто работает с духами кимбанды. Древесина его легко горит, а масло расслабляет напряженные и воспаленные мышцы. В особенности его любят Эшу ду Шейро (Exu do Cheiro, Эшу Запаха), Эшу Каминалоа (Exu Kaminaloa) и Эшу Сети Энкрузильядас (Exu Sete Encruzilhadas, Эшу Семи Перекрестков).

Юрема (лат. Mimosa hostilis или Mimosa tenuiflora) — это врата в мир иной и традиционный причастный напиток в кимбанде, особенно среди тех, кто работает с кабокло, духами земли и Эшу Пантера Негра. Как и айяхуаска, это ценный дар для духов всех линий и всех королевств. Дух по имени Юрема (Jurema) считается третьей рукой Помба-жира да Фигейра ду Инферну (Pomba Gira da Figueira do Inferno, Смоковница Преисподней).

Ясень белый (лат. Fraxinus ornus) считается тем самым деревом, из которого была сделана стрела, нанесшая смертельную рану Ахиллу. Говорят также, что он вырос из крови оскопленного Урана. Это дерево можно использовать в магии, направленной на стабилизацию и защиту, а также для отвращения враждебных энергий.

Ячмень обыкновенный (лат. Hordeum vulgare) используется как растение-союзник довольно редко, но постепенно начинает находить применение в культовой практике: в отдельных редких случаях Эшу Мору и духам из линий Малей и дас Матас делают подношения ячменным вином и пивом.

* * *

Широко известен набор трав под названием «Семеро защитников». Обычно в него входят:

* рута душистая (порт. arruda, лат. Ruta graveolens);
* острый красный перец (порт. pimenta, лат. Capsicum sp.);
* розмарин лекарственный (порт. alecrim, лат. Rosmarinus officinalis);
* базилик (порт manjericão, лат. Ocimum sp.);
* сансевиерия трехполосая/сансевиерия цейлонская (порт. espadade São Jorge — «меч святого Георгия», лат. Sansevieria trifasciata / Sansevieria zeylanica);
* лигодиум вьющийся (порт. abre caminho — «открывающий пути», лат. Lygodium volubile), известный также под названием periquitinho de Ogun — «попугайчик Огуна»;
* гвинейская трава, или кубинский чеснок (порт. guiné, лат. Petiveria alliaceae).

Иногда состав этой смеси меняется; например, в него могут включать еще два растения — мяту колосистую (лат. Mentha viridis) и диффенбахию раскрашенную (порт. comigo ninguém pode — «со-мной-никто-не-может-ничего-поделать», лат. Dieffenbachia picta). Эти семь или девять трав должны иметься в хозяйстве у каждого кимбандейро. Их можно использовать в работе почти со всеми эшу и помба-жира и, в особенности, в операциях защитной магии.

Перевод с англ. Анны Блейз


[1] Тронко (tronco, букв. «ствол») — основание террейро или, в более широком смысле, сам террейро или храм Эшу и Помба-жира. Этим же термином обозначают и первый ассентаменто (терракотовый сосуд для духа), изготовленный для нового дома, и главного из духов, с которыми работает тата.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #5 : 10 Апреля 2021, 15:04:59 »
V. Кладбищенские тени

…Везде
В Аду я буду. Ад — я сам. На дне
Сей пропасти — иная ждет меня,
Зияя глубочайшей глубиной,
Грозя пожрать. Ад, по сравненью с ней,
И все застенки Ада Небесами
Мне кажутся…

— Джон Мильтон[1]

Необходимо отдавать себе отчет, что, принимая посвящение в кимбанду, — переступая порог преисподней и возжигая землю у себя под ногами, — мы призываем в свою жизнь опасные и таинственные повороты судьбы. Принять посвящение в кимбанду — значит, признать, что страдание, смятение и преображение не менее важны для нашего развития, чем любые духовные и материальные блага. На мой взгляд, эта идея лежит в основе конголезской духовности и в основе работы любого целителя. Целитель должен понимать те страдания, которые он помогает преодолеть другим людям. А это значит, что сначала он должен сам сойти в преисподнюю, исследовать ее и найти утешение и опору, которые помогут вернуться ему самому, чтобы затем возвращать других. Именно с позиции этой метафизической истины мы толкуем учение умбанды о том, что эшу и помба-жира нуждаются в развитии и должны обратиться ко свету.

Говоря попросту, материальный мир — это ад. С точки зрения звезд, мы живем в аду; но если мы посмотрим под ноги, то увидим почву и кости, память и знания предков и мудрецов, по-прежнему хранящиеся на земле, живущие в деревьях, цветах и ядах. Кимбанда открывает нам глаза на эту истину и дает нам союзников, которые помогают принять этот факт и использовать его так, чтобы жизнь наша стала полноценной. Путь кимбанды — это путь героя через поле звезд. Именно этим обстоятельством, которое обычно склонны замалчивать, объясняется то, что кимбандейро так часто поддаются соблазнам своего низшего «я», зовущего нас раствориться в беспамятстве земли и вод. Эти низшие силы, которые мы называем киюмбами (kiumbas), — назойливые духи, способные исполнять наши приказы… но с таким же успехом способные превратить нас из хозяев в свою добычу. В нашей традиции насчитывается семь или девять разрядов киюмб, и они особым образом распределены по королевствам. Это очень удобно, потому что с помощью стандартной классификации легче понять и механизмы негативных влияний. Осознав природу проблемы, можно добраться до ее истоков и там найти подходящие решения.

Мне довелось наблюдать немало посвящений в кимбанду; одни из них проходили в форме сложных церемоний, другие совершались быстро и напрямую. С моей точки зрения, оба типа посвящения одинаково действенны, при условии что они обеспечивают подлинную связь с духом, — ибо единственная цель посвящения в кимбанду в том и состоит, чтобы человек смог встретиться со своими эшу и/или помба-жира и слиться с ними воедино на всю жизнь. Отменить содеянное будет уже невозможно. Даже если вы попытаетесь отказаться от связи с духом, он все равно не оставит вас в покое: он будет преследовать и терзать вас до конца ваших дней. Стоит хоть одной ногой вступить в эту грязь и тлеющие угли — пиши пропало; коготок увяз — всей птичке пропасть.

Настоящее посвящение в кимбанду непременно должно пробуждать и, в то же время, укрощать ваш внутренний огонь. Это достигается при помощи амаси (amaci) — магических омовений — и ночных обрядов. Очистительные практики дразнят тело и дух, пока душа не угодит в чистилище. Такое очищение необходимо, и для того, чтобы оно совершилось, в нем должны участвовать ваши Луна и Солнце. Настоящее посвящение — будь оно кратким и интенсивным или долгим и раздумчивым — всегда достигает этой цели. Солнце и Луна ложатся вам на плечи и приходят в равновесие, а затем, в какой-то момент, внутри разгорается огонь: это ваш эшу, пылающий, как уголь, входит в вас, чтобы двое стали Одним. Но в чем смысл? Зачем все это нужно? Чего ради человеку по доброй воле входить в этот огонь и идти по горящим угольям? Ответ очень прост: ради власти. Но эта власть — не владычество над миром, а власть над самим собой и над тем, что принадлежит только нам: над нашей душой и плотью, над нашей звездой и над самой Судьбой. Разумеется, добиться этого непросто, и не стоит удивляться, что многие сбиваются с прямого пути.

Кимбандейро — это целитель в самом широком смысле слова. В этом отношении кимбанда схожа с тем, что обычно называют шаманизмом. Кимбандейро ищет средства от любых недугов, и неважно, поразила ли болезнь одного человека или тысячу. Однако наш подход окрашен черной магией, ибо у истоков своих кимбанда черна, как Африка — материнская утроба мира, в которой покоится, хранится и приумножается мудрость. И эта древняя мудрость, которую хранили африканцы и коренные народы Бразилии, в начале XX века претерпела метаморфозу, приняв и возвеличив образ Сатаны.

Основная посылка такова: почему бы не взять в свои руки власть над собственным миром (подчеркну, не над миром вообще), если она не была нам дана изначально? Многие толкуют этот принцип превратно, однако следует понимать, что настоящая власть — это власть над вашим личным миром, это возможность взять то, что принадлежит вам по праву, и в ходе этого осознать и осуществить свои подлинные желания. Никаким бредовым мечтам о мировом господстве в подобной работе нет и не может быть места: задача в том, чтобы взять под контроль свой собственный мир, а не миры других людей. Именно в этом и состоит суть черной магии как магии власти: человек должен познать себя и тем самым познать свой мир и свои границы. А за этим голосом, зовущим к познанию, слышится еще один, соблазнительный и манящий, — голос первого древа, Адской Смоковницы, который нашептывает нам: «Это все — о Любви». Так рождается конфликт двух начал, и вы должны свести их в Одно, верно следуя своему пути, на котором под ногами у вас пылают сострадание и ненависть — два чужестранных змея-близнеца. Такова кимбанда.


Земля в огне

В кимбанде места силы обычно называются королевствами. В каждом королевстве обитает целый сонм защитников, стражей и помощников силы определенного рода, зачастую относящихся к одной линии. Линии, в свою очередь, всегда состоят из легионов, подчиненных какой-либо центральной, главной сущности, которая исполняет самую важную роль в своей линии и пользуется уважением других сил. В разделении на линии отразилось мультикультурное наследие кимбанды, и в прошлом форма посвящения нередко определялась тем, в какой из линий намеревался работать соискатель. Так, посвящение в линию Моссоруби, хранящую влияние ислама, до некоторой степени отличалось от посвящения в линию Кабоклос Кимбандейрос (индейских духов) или в линию Наго (духов йоруба). После этого человек работал с духами избранной линии, но нередко ему приходилось иметь дело и с другими линиями, поскольку все они так или иначе пересекаются в королевствах. Современные кимбандейрос хранят разделение на линии не столько из практических соображений, сколько по традиции. К тому же, сами линии меняются: например, линия Малей за последние лет тридцать существенно «африканизировалась» и в плане методов работы, и в плане форм посвящения.

В наши дни принята другая практика: каждый дом кимбанды, как правило, вырабатывает свой собственный, уникальный формат посвящения. Мне доводилось наблюдать и посвятительные работы, длившиеся целую неделю, и гораздо более короткие, на которые хватало одной ночи. Повторю еще раз, что и те, и другие одинаково эффективны, коль скоро соискателю в них открывается средоточие тайны и кровь смешивается с огнем во утверждение доподлинной связи с эшу.

Как только устанавливается связь с эшу и посвящение завершается, сразу же начинает формироваться уникальная иерархия. Легионы кимбанды перестраивают свои ряды в соответствии с характером новоявленного тата, а также в согласии с природой его личного эшу и связями последнего с различными линиями и королевствами.

На деле это означает, что мы работаем с двумя различными иерархиями. Одна, которая описана в этой книге, носит более общий характер, другая же, индивидуальная и уникальная, используется в частной культовой практике. Тем не менее, и между индивидуальными иерархиями прослеживаются некоторые черты сходства. Например, место Майорала, как правило, занимают Эшу Люцифер, Эшу Мор или Эшу Рей дас Сети Энкрузильядас (Exu Rei das Sete Encruzilhadas, Король Семи Перекрестков), а место Эшу Рея, непосредственно подчиненного этому Майоралу, — личный эшу тата. При этом личный эшу тата становится королем нового дома кимбанды, а личная помба-жира —его королевой. В остальном линии и королевства перестраиваются уникальным образом, пока, наконец, не сформируется особая линия дома. Когда это произойдет, тайны дома откроются новому тата и укрепят тронко.

Королевств в общей сложности насчитывается девять, и в каталоге духов, представленной в последней главе этой книги, эшу распределены именно по королевствам. Королевство — это сфера определенной силы, населенная множеством индивидуальных сил. Территория королевств не ограничивается кладбищами и природными местностями. В кимбанде высоко ценят и городские места силы, созданные руками человека, в особенности такие, в которых много страсти и огня. Во всяком месте, полном напряжения и жара, во всяком месте, служащем преображению, обитают эшу и помба-жира. Но под преображением не следует понимать лишь то, что влекут за собой любовные соблазны или драки в ночных барах. Жар воодушевления, охватывающий человека от чтения какого-нибудь философского текста, или внезапные вспышки творческого вдохновения тоже могут исходить от преображающей силы эшу.

Надо иметь в виду, что проявлению тех или иных сил в определенных королевствах может способствовать наш род занятий. Так, садовник в силу своей профессии будет иметь дело с королевством дикой природы (дас Матас), но его личным эшу может, быть, к примеру, Марабо (Marabó) — дух из линии Малей, и на основе этого сочетания образуется уникальная иерархия. Или, допустим, проститутка по роду занятий принадлежит к королевству Арфы (Лиры), а ее помба-жира — к королевству Калунга, и в результате ее жизнь отмечена специфическим смешением Кладбища и Арфы. Как показывает мой опыт, учитывать подобные нюансы невероятно полезно: они помогают нам понять, кто мы есть и какое место занимаем в этом мире.

Эшу — это пламя, хранящее места силы по всей земле и в промежутках между мирами. То же самое можно сказать и о самих кимбандейрос, воспламененных преображающим огнем эшу и пребывающих в вечном становлении.


Неистовство одержимости

Под одержимостью понимается такая ситуация, в которой дух берет над нами власть и мы переходим в измененное состояние сознания, дозволяя высшему и Иному распоряжаться нами по своему усмотрению. Обычно считается, что при настоящей одержимости дух овладевает человеком целиком и полностью, так что медиум потом не может вспомнить, что он говорил и делал в этом состоянии.

Однако существуют и другие формы одержимости. Одна из них называется «двухголовой»; это состояние, в котором дух то входит в медиума, то на некоторое время отпускает его. Такая форма одержимости считается неустойчивой и ненадежной; и действительно, как медиуму, так и духу в подобном состоянии бывает трудно говорить говорить правду о том, что происходит с ними в каждый данный момент. Во избежание лишней путаницы желательно, чтобы медиум либо научился удерживать духа в себе до состояния полной одержимости, либо освоил, как это называется в кимбанде, метод погружения в «вибрацию». Находясь в состоянии «вибрации», человек в буквальном смысле слова чувствует, как за него кто-то цепляется. Эта очень осязаемая форма одержимости: медиум ощущает некую тяжесть, словно кто-то повис на нем и держится в двух местах — в области затылка и в области почек и печени. Такую форму одержимости можно понимать как своего рода соглашение между медиумом и духом: медиум осознает происходящее, но добровольно предоставляет в распоряжение духа свой язык и тело в целом. Медиум наблюдает за ситуацией изнутри, но даже и в этом случае воспоминания об одержимости часто бывают смутными и обрывочными. По моему опыту, эта разновидность одержимости вполне достоверна, но поддерживать ее трудно: все время приходится сопротивляться, чтобы не войти в полный транс. У западного человека одержимость обычно вызывает негативные ассоциации, так как подразумевает отказ от хваленого рационального сознания, которое мы так глубоко чтим и зачастую переоцениваем. Нам постоянно твердят, что одержимость — это зло, и не случайно в связи с нею сложилась целая традиция экзорцизма. Но на самом деле одержимость — это не что иное, как слияние с природой (небесной или подземной), благодаря которому духи и предки могут на время обретать живое тело и пользоваться им для прорицания и для магической работы, для советов и помощи людям и просто для того, чтобы насладиться жизнью и любовью.

Если обратиться к этимологическим истокам, то мы увидим, что термин «экзорцизм» произошел от древнегреческого exorkizein, а «демон» — от daimon. Под экзорцизмом изначально понималось связывание духа клятвой, а даймон рассматривался как дух или душа, занимающая промежуточное положение между человеком и небожителем, обитающая в подлунной сфере. Позволю себе предположить, что именно из-за этой связи даймонов с подлунным миром психологическая наука со времен Иоганна Вейера рассматривала одержимость как психическое заболевание. Однако современная психология постепенно начинает проявлять более серьезный интерес к этому феномену, что и не удивительно ввиду растущей популярности африканских традиций.

С профессиональной и практической точки зрения я могу отметить, что между одержимостью и психическими заболеваниями действительно наблюдаются некоторые черты сходства, но есть и различия. Например, такой патологический симптом, как «голоса в голове», обычно указывает на расстройства шизоидного типа. Аналогичное явление может возникать и при работе с духами, но следует иметь в виду, что человеку, страдающему шизоидным расстройством, трудно разделять планы, на которых происходят те или иные процессы: для него воображение, фантазия и реальность смешиваются между собой — подчас до полного неразличения. Что же касается человека, работающего с одержимостью и трансовыми состояниями, то он прекрасно различает, к какому плану относится то или иное явление. Но, безусловно, иногда случается и одержимость враждебными духами. В кимбанде такие духи называются киюмбами (kiumbas), а в Древнем Риме они были известны под названием «ларвы» (larvae), но к вопросу об этих сущностях мы обратимся позже.

Сперва следует рассмотреть одержимость доброжелательными духами, а для этого мы обратимся к учителю Вейера — Генриху Корнелию Агриппе. Не вызывает сомнений, что западные маги того времени сталкивались с одержимостью достаточно часто, — как сталкиваются с ней и последователи тех немногих подлинных традиций ведовства, которые сохранились до наших дней. Я понимаю, что для некоторых это станет неожиданностью, но многие нюансы, отмеченные Агриппой, наблюдаются и в трансовой практике современных кимбандейрос.

Природу одержимости Агриппа характеризует как «неистовство». По его словам, человек впадает в неистовство из-за того, что некая душа более высокого порядка соединяется с его душой и пользуется его телом и языком. И, на мой взгляд, очень важно, что это явление Агриппа описывает как «слияние душ».

В былые времена дар прорицания считался частью этого же комплекса состояний; пожалуй, самый известный тому пример — пророческий транс, в который погружалась пифия из храма Аполлона в Дельфах. Агриппа проводит различие между душой, захваченной демоном, и душой, движимой Святым Духом, — и, судя по всему, критерием разграничения для него служит содержание изрекаемых оракулов: предсказания будущего, по его мнению, исходят от Святого Духа, а все остальные формы вдохновения — от демонов/даймонов. В основе этого подхода лежит теологическая дилемма той эпохи, связанная с противопоставлением между двумя типами магии — небесной и демонической; в рамках этой антитезы считалось, что провидеть будущее способен только Бог. Соответственно, предсказатели и гадатели подлежали осуждению как грешники, посягающие на единоличные владения Бога. Но пророческий дар — это лишь одно из многих проявлений одержимости. Агриппа утверждает далее, что та «пустота», которая возникает, когда чужая душа завладевает нашими душой и телом, может заполняться трояко: неистовством, восторгом и сновидениями.

Здесь стоит сделать небольшое отступление и попытаться ответить на вопрос, что мы понимаем под душой. Обычно душу представляют как нечто однородное и целостное, но такая модель не согласуется с западноафриканской концепцией души. Согласно религии конго, наша душа — это нечто вроде совокупности душ: комплекс пробужденных сил, по природе своей подобных молнии. Иными словами, душа мыслится как некий гармоничный конгломерат, состоящий из различных проявлений Нзамби, бога-творца, — таких, как мысли, память, эмоции и способности к восприятию иных миров. Все это — природные силы, связанные с растениями, минералами и животными; и в сочетании они порождают уникальную душу, претерпевающую ряд метаморфоз: от чистого пламени, в котором она пылает в момент рождения, и до конечной цели своего земного бытия — до момента смерти. После смерти некоторые части души возвращаются в природный мир и к Нзамби, но некоторые могут сливаться с предками или даже превращаться в настоящих божеств. Так что со смертью строение души меняется. Параллель этой концепции можно найти в скандинавском понятии «хуг» (hugr), что обычно переводят как «душа». Хуг — это конгломерат мыслей и духа; он может быть и задумчивым, и страстным. Ему постоянно сопутствует двойник под названием «фюльгья» (fylgja), который может принимать самые разнообразные формы и обличья, заимствуя их из всех природных царств и из мира незримого. Здесь мы, опять-таки, имеем дело с составной структурой: душа — это воздушный огонь, сочетание действующих сил, которое лежит в самом средоточии нашей сущности. Благодаря двойнику-фюльгье душа-хуг может делать то, что называется «хамферд» (hamferd, букв. «выпрыгивать из кожи») и мчаться сквозь ночь, меняя свои обличья.

Представление о неистовстве, вызванном духами, богами и демонами, встречается еще в сочинениях Овидия и даже раньше: Платон тоже говорил о неистовстве и одержимости. В диалоге «Федр» он определяет это состояние как освобождение ума, при котором душа словно выходит на волю из темницы и испытывает трансцендентальное чувство свободы. Божественный дух побуждает нас выходить за границы физического. Достичь этого можно во сне и в экстатических состояниях, при помощи особых растетительных средств и посредством одержимости и вдохновения в различных формах.

Согласно Агриппе, неистовство может исходить от четырех небесных сил: от муз, Диониса, Аполлона и Венеры, — и каждая из этих сил вводит медиума в состояние одержимости определенного рода. О неистовстве муз Агриппа пишет, что оно обуздывает ум и низводит горнее долу, а его соответствия — лилия, лунный камень, предсказания и прорицания. Вхождению в эту разновидность транса способствует вербена. С нашей точки зрения, данная форма одержимости схожа с тем, что в традициях пало кимбиса и пало крузадо называют «вдохновениями». Музы — это девять дочерей Мнемосины (Памяти), почитавшиеся в древности как особые духовные силы. Неистовство, исходящее от них, лучше всего подходит для создания произведений искусства, а также для кристалломантии, гидромантии и других способов прорицания. Но эта разновидность одержимости может быть обманчивой, и чтобы пользоваться ею, медиум должен быть достаточно опытным и способным хорошо различать планы. К этой же форме одержимости относятся и сновидения.

Второй род неистовства, согласно Агриппе, имеет природу Меркурия и происходит от Диониса. Он связан, главным образом, с оборотничеством и астральными путешествиями. Состояния этого рода подобны преображениям хуг в скандинавской традиции и ночным путешествиям с помощью силы ошо в традиции йоруба. В Анголе главным отличительным свойством мулоджи (колдуна) считается способность выходить по ночам из тела и, принимая чудовищные обличья, наводить на людей ужас. Такая форма одержимости практикуется и в кимбанде, но только в определенное время суток: душа может выходить из тела лишь после полуночи и должна возвращаться обратно до первого крика петуха. Тело тата умащают и омывают священными травами и обертывают белым саваном, а затем призывают в него личного эшу тата (или Эшу Морсего, Эшу Аса Негра и весь сонм духов линии Малей) для ночного полета.

Агриппа пишет, что одержимость дионисийского рода вызывается при помощи торжественных ритуалов, заклинаний и искупительных обрядов. Далее он добавляет, что эта форма одержимости позволяет человеку услышать своего даймона (как когда-то слышал своего духа-хранителя Сократ) и даже увидеть его воочию. Кроме того, это состояние может проявляться как непроизвольная одержимость, при которой дух ненадолго входит в опустевший сосуд человеческого тела, чтобы сделать некое заявление или изречь пророчество. Такая одержимость бывает разной степени полноты: от полного забытья до состояния, в котором медиум слышит голос даймона и повторяет его слова. Если медиум еще недостаточно опытен, то одержимость может протекать прерывисто, пока медиумический дар не разовьется и не станет устойчивым. К этому же типу неистовства относится «двухголовая» одержимость, о которой мы говорили выше.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #6 : 10 Апреля 2021, 15:05:44 »
Неистовство, исходящее от Венеры, Агриппа считает более тонким и характеризует его как силу Любви, которая овладевает человеком и делает его подобным богу. В герметическом диалоге «Асклепий» этот род одержимости описывается так:

    Это большое чудо, о Асклепий, — человек, животное, достойное уважения и обожания. Ибо он занимает в божественной природе такое место, как если бы он сам был богом; он близок роду демонов и, зная, что он имеет то же происхождение, презирает человеческую часть своего существа, желая быть связанным только с божественной сущностью[2].

Это возвышенное состояние возникает при одержимости самим Святым Духом — самой Любовью. Охваченный неистовством такого рода, человек может изрекать пророчества и творить чудеса. При этом вокруг него ощутимо меняется атмосфера: температура в помещении может заметно повышаться или понижаться, у присутствующих бегут мурашки по коже и волосы встают дыбом. Мы классифицируем это состояние как полную одержимость, но не грубого свойства, а тонкого, воздушного. Дух может завладевать медиумом настолько легко и плавно, что переход к одержимости совершается за считанные секунды и безо всяких внешних эффектов.

Аполлоническому неистовству сопутствуют голоса, пение, музыка и созвучия. Агриппа пишет, что вызвать это состояние можно при помощи жертвоприношений и подношенияй пищи, поклонений и призываний. Все эти практики возвышают душу, пока та не поднимется к умилостивленному божеству, и тогда божество, в свою очередь, войдет в опустевшее тело. Кроме того, Агриппа отмечает, что можно достичь одержимости образом: если долго созерцать священное изображение, в котором обитает дух, то душа может соединиться с этим духом. Неистовство такого рода — это, собственно, и есть пророческий транс. Оно возвышает человека не только на время одержимости: покидая своего носителя, дух, образно выражаясь, оставляет по себе золотой осадок, — медиум приобретает ценный опыт и способность к более точному восприятию. Это состояние мы тоже относим к категории полной одержимости, но дух в нем действует и говорит гораздо более активно, чем при одержимости венерианского типа. Как показывает наша практика, переходу в это состояние и соедиению с природными духами, в особенности духами воды, способствуют вино и особые травы, а также бдения в пещерах и вкушение священной пищи.

Каждую из этих четырех основных форм одержимости Агриппа подразделяет на степени, позволяющие точнее классифицировать состояние медиума. Степень Марса благотворно влияет на воображение и пробуждает творческие способности. Степень Юпитера пробуждает в человеке дар мудрого советчика. Степень Сатурна связана с созерцанием, размышлением и способностью воспринимать мудрые советы, образы и загадки. Кроме того, Агриппа отмечает, что этой степени сопутствует умозрительное хитроумие, которое может ввести человека в самообман. И, наконец, на степенях неподвижных звезд и перводвигателя устанавливается более непосредственная связь, близкая к проявлению божества, духа или демона во плоти. Истолковать эти рассуждения о степенях одержимости можно двояко: либо Агриппа подразумевает, что в поведении и действиях медиума на разных степенях отражаются влияния определенных планет, либо намекает, что время для трансовой работы можно выбирать с помощью элективной астрологии. По моему мнению, благоприятные астрологические факторы могут лишь способствовать установлению более тесной связи с духом, но и только.


Больные, голодные и беспокойные души

Представления о загробной жизни в кимбанде во многом схожи с теми, что были приняты в древнеримской религии и в кардековском спиритизме, но в основе их лежит мировоззрение, типичное для конго. Это значит, что духи — точно так же, как и люди, — бывают и добрыми, и злыми. Не все души заинтересованы в нашем благополучии, а некоторые даже откровенно желают нам зла. Представление о духах-тата как о душах покойных жрецов и мастеров церемоний близко древнеримскому понятию ларов — домашних духов и духов-хранителей. Это аналогия очень удобна: она помогает понять, какие именно функции отводятся тата в кимбанде. Лары почитались как духи земли, рода, духовного родства и так далее. Группа ларов, связанных с определенным человеком, домом или святилищем, во многих отношениях подобна тому, что мы говорили выше о структуре души. Это собрание ларов — в каждом случае уникальное — оберегает и вдохновляет человека, с которым они связаны, или же дом или храм, к которому они приставлены. К категории ларов относятся пенаты — духи предков, составляющие особый подкласс хранителей домашнего очага.

Но наряду с этими духами-помощниками и защитниками в Древнем Риме выделялась еще одна категория духов, которых называли ларвами. В буквальном переводе это значит «пустая оболочка, шелуха», и такое же значение имеет соответствующий бразильский термин «каскаран» (cascarão). В кимбанде духов этого рода чаще называют «киюмба» (kiumba). Они темны и ужасны; они не имеют формы и не знают покоя; они полны мстительной злобы и постоянно пребывают в пограничном состоянии. Как уже упоминалось выше, кимбанду изначально рассматривали как темное зеркало умбанды, населенное беспокойными и гневными духовными силами, которые следовало развивать, поставив их на службу духам света. В тот период всех духов кимбанды уподобляли ларвам и называли киюмбами — от слова из языка киконго, означающего «череп» или «деяния черепа» (подразумевалось пустое место, которое может занять дух любого рода). Но в самой кимбанде под киюмбами понимается особый класс вредоносных и огненных духов. Фукнционально они схожи с душами людей, погибших от рук убийц, умерших в муках, покончивших с собой или по каким-либо иным причинам превратившихся в озлобленных духов, не находящих покоя. Кроме того, к киюмбам относятся души людей, которые прожили свою жизнь в глубоком невежестве и после смерти перешли в некое смутное состояние, в котором не находят ни цели, ни смысла и чувствуют только отчаяние и гнев. Подобных духов можно использовать в магических операциях и давать им поручения, но особой верности от них ждать не приходится: они подобным диким животным, которых лишь на время удалось взять на поводок. Поэтому работать с ними следует очень осторожно и только при поддержке духов-наставников. В Бразилии бытует поверье, что беспокойные духи набирают особую силу в период с Пепельной среды или сразу после карнавала и до кануна Пасхи[3], поэтому многие воздерживаются в это время от магической работы, чтобы избежать негативного вмешательства. По природе своей киюмбы естественным образом тяготеют к местам силы, на страже которых стоят эшу. Их можно охарактеризовать как легионы вредоносных и бессознательных вибраций, резонирующих с эшу. Считается, что киюмбы особенно активны в темное время суток, приблизительно с двух часов ночи до пяти утра.

Киюмбы подразделяются на отдельные разряды, каждый из которых соответствует одному из королевств. Неопытному практику работать с киюмбами не следует: с моей точки зрения, необходимо сначала «усадить» своего эшу (то есть пройти посвящение). Киюмбы очень навязчивы и способны очень быстро облепить человека со всех сторон, так что он и глазом не успеет моргнуть, как превратится в пищу для враждебных духов. Свойства киюмб, относящихся к каждому из королевств, в общих чертах таковы:



·        Киюмбы королевства Калунга — это духи, снедаемые ненавистью и жаждой насилия. Сюда относятся силы, пробуждающие в человеке жажду господства и власти над другими людьми.

* Киюмбы королевства дас Прайяс поглощены жаждой разврата и вызывают в людях тягу к извращениям и спонтанным проявлениям сексуального садизма.

* Киюмбы королевства Энкрузильядас поглощены яростью и болью. Они непрерывно искупают некую вину и стремятся разделить свои страдания с другими, вселяя в людей смятение и отчаяние. Под их влиянием человек может стать жертвой несчастного случая.

* Киюмбы королевства дас Альмас внушают людям виктимность и побуждают их к саморазрушительному поведению, а подчас и к насилию над другими. Они могут довести человека до полной деградации.

* Киюмбы королевства Крузейро поражены всевозможными болезнями. Под их влиянием у человека может пострадать иммунная система. Кроме того, они внушают тягу к бездумному риску.

* Киюмбы королевства Лира кипят яростью и жаждой мести. Они могут пробуждать в человеке склонность к насилию и вызывать всевозможные зависимости.

* Киюмбы королевства дас Матас — это жадные и прожорливые духи. Под их влиянием человек может утратить внутреннее равновесие, отречься от собственного «я» и превратиться в раба этих вечно голодных тварей.

В каком бы королевстве вы ни работали, желательно проявлять особую осторожность в то время суток, когда киюмбы особенно активны. Кроме того, не следует забывать, что любая магическая работа привлекает внимание великого множества духов, принадлежащих к данному королевству, и среди этих духов могут оказаться киюмбы. Поэтому после каждой магической операции очень важно тщательно проверять свое состояние и быть с собой честным. Обращайте внимание на любые негативные или странные изменения в своей психике или настроении: не забывайте, что зловредные духи легко могут присосаться к практикующему магу и испортить всю его жизнь и окружение. Чтобы очиститься самому и очистить место работы, обязательно проводите ритуальное изгнание посредством амаси (магического омовения) или подношений. Методика изгнания этих негативных сущностей схожа со способами избавления от вампиров и злобных призраков, описанными в европейском фольклоре. Покидая территорию королевства, в котором вы работали, оставьте в качестве подношения розы с шипами, монеты или бобы или трижды бросьте через левое плечо льняные нитки и морскую соль. Эти способы очень эффективны, особенно в случаях, когда вы проводили вредоносную операцию или работу огненного характера.


Мерзкие киюмбы

Семь или девять разрядов киюмб можно рассматривать как своего рода реакцию или вариацию на тему семи смертных грехов. Чтобы разобраться в сущности киюмб и в механизмах их проявления, нужно понять метафизические принципы, лежащие в основе учения о семи смертных грехах. В языке кимбунду под киюмбой подразумевался некий сосуд, наполненный ндоки, — или, в более узком смысле, череп или кости, излучающие энергию определенного рода, могущественную и, в некоторых случаях, вредоносную. «Ндоки», в свою очередь, — это достаточно нейтральный термин, обычно означавший силу вообще, но применительно к содержимому киюмбы приобретавший несколько более зловещую окраску. Поэтому в современной кимбанде киюмбами называют негативные силы.

Как только что было сказано, эти силы можно соотнести с девятью или семью исконными грехами, или пороками, каждый из которых, в свою очередь, прямо или косвенно связан с одним из кругов Дантова ада. Приняв это к сведению, рассмотрим разряды киюмб сквозь призму кимбанды немного повнимательнее, потому что эти космические силы несут в себе могучий разрушительный потенциал, который не только находит применение в практической магии, но и может обернуться против самого мага.

Лимб — это преддверие ада, в котором обитают души некрещеных. Истинный образ его — Anima Sola, одинокая душа, объятая пламенем и скованная цепями. Семеро врат ведут из лимба, и через каждые из них можно выйти к добродетели или к пороку. В разных источниках лимб уподобляли то чистилищу, то миру эльфов, то преисподним водам, то Аиду; и в каждом из этих толкований есть доля истины. Данте помещают сюда многих греческих философов, а также Орфея, Овидия, Юлия Цезаря и своего провожатого, Вергилия. Лимб — это место, где человеку дается шанс избавиться от своих слабостей. В античные времена считалось, что от нерешительности и слабости до падения в пропасть порока — один шаг. Итак, лимб символизирует возможность обуздать свои желания и страсти.

Далее простирается первый круг, куда приходят все, кто грешил деятельно и осознанно. Здесь они предстают перед змеехвостым Миносом — адским судией. Последовательность кругов ада, особенно нижних, согласуется с классическими аристотелевскими представлениями о добродетели и пороке. Обратимся к перечню основных грехов и убедимся наглядно, что они и впрямь соответствуют разрядам киюмб, связанных с семью королевствами.

Luxuria (похоть) соотносится с тем кругом Дантова ада, в котором вечно бушевали вихри и дул могучий ветер, терзая души, объятые неутолимым вожделением. Грех здесь заключается в том, что человек превращается в раба своей чувственности. Данте помещает в этот круг Клеопатру и Елену Троянскую, Ланселота и Гвиневеру, Тристана и Париса. Негативные силы такого рода повергают душу в состояние неудовлетворенности и отчаяния. Они могут овладеть человеком при неосторожном формировании магических привязок и проведении операций, направленных на возбуждение страстей и чувственных желаний.

Gula (чревоугодие) — это область, в которой обретается трехглавый пес Кербер, олицетворяющий потворство своим желаниям и манию величия. Негативные силы этого рода проявляются тогда, когда человек стремится к власти ради власти и пытается перекрыть другим людям пути к успеху — просто потому, что чувствует себя вправе так поступать. Это разновидность зависти, которая влечет за собой множество бед.

Avaritia (жадность) — грех, который Данте толковал как пренебрежение небесным ради мирского. Такой подход влечет за собой разбой, предательство и измену, а в соответствующем круге ада мы встречаем немало священников, монахов и пап, которые использовали святыни как средство материального обогащения. Подобное, к сожалению, не редкость среди тех, для кого духовная работа служит основным источником дохода, — и те, кто злоупотребляет своей духовной властью ради денег, неизбежно притягивают к себе киюмб.

Socordia (леность) — это добровольный отказ от реализации своих талантов и возможностей, от исполнения своего предназначения. Это прискорбное состояние, в котором жизнью человека завладевают киюмбы неверия, порождающие небрежность и приступы отчаяния.

Acedia (уныние) проявляется как душевное беспокойство, ненависть к себе, невнимание к собственной внешности и суицидальные наклонности. Киюмы этого рода относятся к королевствам Калунга и Крузейро.

Ira (гнев) — это мстительность, или, по выражению Данте, та враждебность, что «шире пределов справедливости»[4]. Основные качества соответствующих киюмб — ненависть, гнев и саморазрушительное поведение. В Дантовом аду гневливцы ведут друг с другом бесконечную и тщетную битву. Нечто подобное происходит и под влиянием этих киюмб: человек то и дело ввязывается в споры, разжигает конфликты и борется с другими ради самоутверждения — и, как ни печально, среди людей, работающих в традициях огненного характера, подобное явление тоже не редкость.

Invidia (зависть) — это желание лишить других людей благополучия и счастья. У Данте веки завистников зашиты железной нитью. Киюмбы этого рода пробуждают способность к сглазу, вызывают неприязнь к людям, которым посчастливилось в жизни больше, чем нам, и мешают нам признавать чужие достоинства.

Superbia (гордыня), или, по-гречески, hybris, — это самодовольная любовь к себе, вырождающаяся в ненависть к другим. Гордыне родственна Vanagloria (тщеславие) — нарциссическая тяга к хвастовству. Считается, что именно Люцифер пал именно из-за гордыни. Но на самом деле Superbia — это неспособность правильно оценивать свое положение и предназначение, и о «падении» здесь следует говорить лишь в том смысле, что под влиянием киюмб человек теряет себя. Он становится чужаком в своем собственном мире и скрывается под масками (larvae) показного величия и неприязни к окружающим, особенно к людям достойным или в чем-то его превосходящим.

Всем этим грехам противопоставлены добродетели, а центральное место в учении о добродетелях и грехах занимает понятие «арете» (др.-греч. arete — «совершенство»). Арете — это путь добродетелей, ведущий к совершенству, к самому лучшему, на что способен человек. И часть этой работы заключается в обуздании своих страстей и негативных наклонностей: человек должен управлять ими, не превращаясь в их раба. Подобное совершенство характера — признак настоящего тата, того, кто достиг истинного мастерства в кимбанде. Это свидетельство того, что огненные змеи укрощены, что киюмбы скованы и всецело повинуются тата как наместнику Майорала.

Перевод с англ. Анны Блейз


[1] «Потерянный рай», книга IV, пер. А. Штейнберга. — Примеч. перев.

[2] «Асклепий», 6а, пер. К. Богуцкого. — Примеч. перев.

[3] Пепельная среда — день начала Великого поста в католической церкви; отмечается за 46 дней до Пасхи. Бразильский карнавал проводится за 40 дней до Пасхи. — Примеч. перев.

[4] Данте, «Божественная комедия», «Чистилище», V.77—78, пер. М. Лозинского. — Примеч. перев.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #7 : 10 Апреля 2021, 15:50:07 »
VI. Ночной Меркурий

Целебные воды

Магические омовения, или амаси (amaci), по идее, должны входить в арсенал любой духовной или магической традиции. И коль скоро мы имеем дело с материальным миром, наше собственное материальное тело — над которым и при помощи которого мы работаем — должно всегда находиться в хорошем состоянии. Просто поразительно, сколько проблем и затруднений разрешаются при помощи физического и духовного очищения, которое дает амаси! Вода и травы могут укреплять душу, умиротворять разум и пробуждать дух, поэтому я настоятельно советую сделать магические омовения неотъемлемой частью вашей духовной практики. Амаси всегда готовится по одной и той же схеме: нужно просто читать или петь молитвы, пока травы размокают в воде. Разумеется, некоторые составы для омовения довольно сложны, но ванны для повседневного пользования достаточно просты и чрезвычайно благотворны. Вот несколько рецептов целебных ванн, которые, по моему опыту, действуют очень эффективно.

Амаси для изгнания духов мертвых и киюмб
Приготовьте ванну со следующими ингредиентами: морская соль, табак (лат. Nicotiana sp.), базилик эвгенольный (лат. Ocimum gratissimum), каланхоэ городчатое («одундун», лат. Kalanchoe crenata), мята колосистая (лат. Mentha viridis) и лепестки белых роз.

Амаси для привлечения изобилия и денег
Используйте следующие ингредиенты: каланхоэ перистое (порт. folha de fortuna — «листья удачи», лат. Kalanchoe pinnata), мед, раковины каури, базилик эвгенольный (лат. Ocimum gratissimum), листья лавра благородного (лат. Laurus nobilis), листья винограда (лат. Vitis sp.) и листья или мякоть белой мускатной дыни.

Амаси для подготовки к магическим практикам кимбанды
Смешайте следующие ингредиенты в горячей воде: кашаса, табак (лат. Nicotiana sp.), острый красный перец (лат. Capsicum sp.), имбирь (лат. Zingiber officinale) и листья дурмана обыкновенного (лат. Datura stramonium) или дурмана индейского (лат. Datura innoxia).

Амаси для восстановления душевных сил и силы воли
С этой целью следует приготовить ванну с розмарином (лат. Rosmarinus sp.), тимьяном (лат. Thymus sp.), благородным лавром (лат. Laurus nobilis), шпинатом огородным (лат. Spinacia oleracea), шпороцветником бородатым (лат. Plectranthus barbatus) и кокосовой водой.

Амаси для возвышения и укрепления ума
Приготовьте ванну со следующими ингредиентами: мята колосистая (лат. Mentha viridis), каланхоэ городчатое («одундун», лат. Kalanchoe crenata), анис обыкновенный (лат. Pimpinella anisum), черемуха поздняя (американская вишня, лат. Prunus serotina), шелковица (лат. Morus sp.), шафран посевной (лат. Crocus sativus) и кокосовая вода. Не забудьте тщательно вымыть этой водой голову.

Амаси для снятия сглаза
Примите ванну со следующими травами и вымойте пол водой с добавлением тех же ингредиентов: сансевиерия трехполосая (порт. espadade São Jorge — «меч святого Георгия», лат. Sansevieria trifasciata), рута душистая (лат. Ruta graveolens), лаванда (лат. Lavandula sp.) и розмарин (лат. Rosmarinus sp.).

Перевод с англ. Анны Блейз
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #8 : 10 Апреля 2021, 15:50:46 »
Целебные курения

Окуривания тоже действуют очень эффективно. Эта практика связывается с энергиями прету-велью. Вот несколько традиционных смесей; все они готовятся и употребляются одинаковым способом: смешайте ингредиенты в равных частях, положите их на горящие угли и окурите дом, уделив особое внимание углам, ванной комнате и туалету. Затем распределите пепел по четырем углам дома.

Окуривание для очищения от негативных энергий
Вам понадобятся: рута душистая (лат. Ruta graveolens), свежие листья табака (лат. Nicotiana sp.), испанский мох (тилландсия уснеевидная, порт. barba de velho — «борода старика», лат. Tillandsia usneoides), опилки бычьего рога, лаванда (лат. Lavandula sp.), мирра и сахарный тростник (высушенный и разорванный на мелкие части).

Окуривание для изгнания враждебных духов
Вам понадобятся: шелуха чеснока, асафетида (лат. Ferula asafoetida), гвинейская трава (кубинский чеснок, лат. Petiveria alliacea), клидемия жестковолосистая (порт. folha de fogo — «огненные листья», лат. Clidemia hirta), опилки оленьего рога, испанский мох (тилландсия уснеевидная, порт. barba de velho — «борода старика», лат. Tillandsia usneoides) и конский волос.

Окуривание для привлечения удачи в дом
Вам понадобятся: гвинейская трава (кубинский чеснок, лат. Petiveria alliacea), рута душистая (лат. Ruta graveolens), свежие листья табака (лат. Nicotiana sp.), кофейные зерна и листья, коричневый сахар, коровий навоз и розмарин (лат. Rosmarinus sp.).

Окуривание для снятия сглаза
Вам понадобятся: лаванда (лат. Lavandula sp.), рута душистая (лат. Ruta graveolens), гвинейская трава (кубинский чеснок, лат. Petiveria alliacea), розмарин (лат. Rosmarinus sp.), бурсера душистая (порт. palo santo — «священное дерево», лат. Bursera graveolens) или ладан, а также благородный лавр (лат. Laurus nobilis) и бензоин.

*****

Ночной Меркурий


…Он в себе
Обрел свое пространство и создать
В себе из Рая — Ад и Рай из Ада
Он может.

— Джон Мильтон[1]

…Но кто собой владычит, обуздав
Стремленья, страхи, страсти — дважды царь…

— Джон Мильтон[2]

Кимбанда — посвятительная традиция, но многого в ней может добиться и тот, кто стремится установить связь со своим духом самостоятельно. Если вам удалось выяснить, кто ваш личный эшу или помба-жира, дальше можно спокойно работать с ними, но в отсутствие руководства следует ограничиваться работой с теми духами, которые близки вам по природе. Близкие духи есть у каждого из нас; с ними можно легко договориться и добиться гармоничного сотрудничества. Но так обстоит дело не со всеми духами кимбанды: некоторые из них коварны, а некоторые — очень непослушны. Поэтому в случае, если вы практикуете самостоятельно, ограничивайте круг общения родственными вам духами и всегда работайте под покровительством своего личного эшу или помба-жира. И не забывайте, что даже это не гарантирует полной безопасности: ведь в кимбанде мы имеем дело с такими частями нашей души, которые легко поддаются заблуждениям, страстям и порокам даже безо всякого вмешательств киюмб.

С какой бы точки зрения мы ни рассматривали кимбанду, в самом ее средоточии обнаружится неизменное требование: познавай себя и воспитывай свой характер. И неважно, обратились ли вы к кимбанде в поисках единения с духами преисподней или ради того, чтобы стать воином-чародеем. В любом случае успех вашей работы зависит от силы характера и дисциплины. Познав себя, мы обретаем внутренний покой, а в этом состоянии все, что нам требуется понять, становится понятным. Мы видим, что именно нужно сделать в той или иной ситуации, и осознаём, какими приемами следует воспользоваться для обращения к духам и для магической работы как таковой.

Надо отдавать себе отчет, что от любой магической операции, как благотворной, так и вредоносной, остается осадок. Так или иначе, наша магия оставляет в этом мире свой след. Иногда он подобен кругам, расходящимся по воде, иногда — царапине на одной из граней бриллианта. Осадок от благотворной магии обычно приумножает блага и делает этот мир еще изобильнее, но вредоносная магия порождает омраченный свет, притягивающий те слепые и навязчивые силы, которые естественным образом участвуют в деяниях зла. Поэтому магу необходима дисциплина: не жалейте времени и сил на то, чтобы вовремя избавляться от негативных осадков, а не то они загрязнят ваше тело или душу. Кимбанда — это культ ночного огня, и любые магические операции кимбанды неизбежно разжигают такой же огонь в душе мага.

Перевод с англ. Анны Блейз


[1] «Потерянный рай», книга IV, пер. А. Штейнберга. — Примеч. перев.

[2] «Возвращенный рай», книга II, пер. C. Александровского. — Примеч. перев.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #9 : 10 Апреля 2021, 16:00:22 »
Операции черной магии

В наши дни многие возражают против этого термина, но магия кимбанды действительно черна. Она питается огнями ночи и принадлежит ночному царству. Другое дело, что само понятие черной магии нуждается в некоторой корректировке. Черная магия, называемая также низкой, — это магия, прагматично использующая материальный мир для свершения чудес и достижения целей, которые могут быть как совершенно аморальными, так и всецело достойными. В этом разделе я приведу несколько примеров магических операций, практикуемых в кимбанде. По своему характеру и целям они различны, но между ними есть нечто общее, а именно, практическое использование материальных условий, в которых мы живем. Некоторые из нижеописанных операций сопряжены с жестокостью, и лично я этого не одобряю, но все же это часть истории кимбанды. Более того, эти практики не только имеют историческую ценность, но и наглядно показывают механизмы магического воздействия, основанные на свойствах природных сил и королевств.

Низкая магия и высокая магия — это, по существу, синонимы магии черной и белой. Высокая, или белая, магия считается божественной и допустимой, а низкая, или черная, — запретной и демонической. Но на практике разница между ними невелика: вопрос лишь в источнике силы. Черная магия ассоциируется с ворожбой, некромантией и общением с любыми духовными сущностями, кроме ангелов. В прошлом черное искусство осуждали, главным образом, из-за того, что человек считался существом ограниченным и все попытки вторгнуться на территорию божественных владений порицались как нечестивые и непозволительные. Но подобные идеи противоречат конголезскому мировоззрению, согласно которому все сущее — это продолжение самого Нзамби, верховного бога. Высвобождая в себе творческие силы, человечество может становиться мудрее; и мы способны стать, подобно самому Нзамби, творцами и хозяевами жизни и судьбы. Кимбанда работает с обеими сферами — высокой и низкой, чем и объясняется, с одной стороны, присутствие святых в наших пантеоне, а с другой —попытки синкретического отождествления духов кимбанды с духами соломоновых гримуаров. Для кимбандейро это вопрос равновесия — а не борьбы — между добром и злом, между высоким и низким. Это простое практическое следствие того факта, что человек, постоянно работающий с ночью и огнем, рискует раствориться в них, а, значит, нуждается в солнечном свете и свежем воздухе, чтобы сохранять равновесие и мудрость.

С этой точки зрения, магическое исцеление, которое человек совершает при помощи духов, — такая же черная магия, как и разруха и хаос, вызванные магическими средствами. Кроме того, термин «черная магия» несет на себе печать расистских предрассудков, под влиянием которых авторы былых времен объявляли всякую магию африканцев, производившую материальные эффекты, нечестивой, скверной и опасной. Иными словами, эпитет «черный» ассоциировался не только с «низкой» магией, но и с населением «черного» континента, который европейцы воспринимали как опасный и чуждый. Репертуар черной магии, принятый в кимбанде, представляет собой синтез традиционного африканского колдовства с наследием святого Киприана Антиохийского.

Многие операции, описанные ниже, включают в себя приношения жизненной силы, благодаря которым дух получает необходимую энергию для исполнения поставленной задачи. Фактически, жизненная сила жертвы служит топливом, на котором совершается магическая работа, и подобные жертвоприношения составляют неотъемлемую часть кимбанды. Как говорится, нет крови — нет кимбанды. Из всех источников жизненной силы эшу предпочитают козлов и петухов, но можно использовать и любых других пернатых, а также грызунов. Однако следует оговорить, что приношения жизненной силы не следует совершать никому, кроме тата и яя. Это объясняется как особой святостью самого акта жертвоприношения, так и тем, что подобные жертвы дают слишком горячий поток энергии, с которым неуравновешенный человек может не совладать.


Ящик мертвеца

Для этой операции вам понадобится изготовить восковую фигурку жертвы (или несколько фигурок, если жертв предполагается несколько) и запастись святой водой, булавками, куском черной ткани, деревянным гробиком и белой свечой. Проводить операцию лучше всего в понедельник, а самым благоприятным временем года для нее считается период от Пасхи до Пятидесятницы. Работа ведется на кладбище; не забудьте оставить плату у ворот и у крузейро[1]. Затем найдите умершего, который согласится вам помогать. Зажгите белую свечу в ногах его могилы, окрестите восковые фигурки именами жертв и спойте для эшу, избранного вами в помощь для этой работы. На этом этапе необходимы молитвы, песнопения и яркие визуализации, а также очень важно ощутить, как внутри вас разгорается управляемое, но яростно бушующее пламя. Затем следует окрестить куклы еще раз. Омойте деревянный гроб кашасой, уложите ему на дно слой кладбищенской земли и оставьте гроб в ногах могилы. С торжественными молитвами вложите свое дыхание и намерение в булавки и медленно воткните их в те части тела фигурки, на которые вы хотите воздействовать. Исполнив это, заверните фигурку в черную ткань и положите в гроб. Туда же, вокруг фигурки, насыпьте горсть табака и свежего красного перца и поставьте в гроб белую свечу. С молитвами, песнями и яркими визуализациями разломите свечу пополам, положите ее в гроб и накройте крышкой. Затем закопайте гроб в ногах могилы, семь раз громко объявив о своем намерении во имя покойного и эшу, которые вам помогают. Покойному пообещайте, что будете возвращаться на его могилу три понедельника подряд в три последующие недели и с молитвами подносить ему воду и кофе. Завершив операцию, закажите поминальную мессу по тому покойному, который вам помогал.


Жаба-убийца

Поднесите Эшу Портейре (Exu Porteira, Эшу Ворот) желтую свечу, три красных розы, три сигары, бутылку шампанского, коробок спичек и три монеты. Саму операцию можно проводить с помощью святого Киприана, Эшу Жуана Кавейры (João Caveira, Жуан-Череп) или Эшу Тата Кавейры (Tatá Caveira, Тата-Череп). Можно также обратиться за помощью ко всем троим. Поднесите черную свечу Омолу возле крузейро и попросите его о руководстве в работе. Подношения для Жуана Кавейры и Тата Кавейры — бутылка марафо (например, кашасы), семь коробков спичек и семь черных свечей. Операцию следует проводить в пределах кладбища, но не на могиле. Выбрав место, принесите подношения эшу, с которым вы хотите работать, начертите его понто рискадо красным пемба[2] на черной ткани и поставьте на понто коробку с жабой, а подношения разложите вокруг ткани. Кроме того, на ткань следует поместить хлеб и воду. Затем, в сопровождении молитв и спонтанных проклятий в адрес человека, которому вы хотите навредить, напишите имя жертвы на белой ткани и перечеркните его тремя или семью крестами. Затем вложите эту белую ткань в рот жабе и медленно зашейте его черной нитью, произнося проклятия. Суть операции — в том, чтобы жертва постепенно зачахла, так что заявление об этой цели необходимо включить в молитвы и/или проклятия. Поместите жабу вместе с хлебом и водой в коробку и закопайте ее. Как жаба будет страдать и чахнуть, так и жертва колдовства будет мучиться и терпеть всевозможные несчастья.


Змея-невидимка

В воскресенье на убывающей луне убейте змею. В первый час после восхода луны разведите костер, бросьте змею в железный котел и сожгите ее дотла. Затем начертите понто рискадо Эшу Люцифера, Эшу Капа Прета (Capa Preta, Черный Плащ) и Эшу дас Кобрас (Exu das Cobras, Эшу Змей) на черной ткани, расположив их вокруг костра, и воззовите к этим эшу. Снова и снова пойте над котлом эту молитву:

Великие владыки бездны ада,
Люцифер, Капа Прета, дас Кобрас,
Услышьте мой зов и вопли мои!
Пусть душа этой змеи
Подчинит мне моих врагов:
Этим заклятием я лишаю их глаз,
И они ничего не увидят.
Salve Seu Lucifer!
Salve Seu Capa Preta!
Salve Seu Cobra!

Когда змея обратится в пепел, часть его съешьте, а часть заверните в лоскуты, вырезанные из черной ткани, на которой были изображены понто. Этот сверток можно носить на теле как талисман; или же можно съедать еще немного пепла всякий раз, как вы захотите стать невидимым.


Как свести на нет результаты магической работы

Эту операцию проводят в пятницу около полуночи, с помощью Эшу Транка Руаса (Exu Tranca Ruas, Эшу, Закрывающий Пути) или Рея дас Сети Энкрузильядас (Rei das Sete Encruzilhados, Король Семи Перекрестков). Возьмите с собой бутылку пива, бутылку кашасы, семь красных свечей и семь черных свечей, шесть сигар, один метр черной ткани, один метр красной ткани и шесть коробков спичек. Начните работу перед своим тронко, накормив своих духов и объявив перед ними о цели работы: свести на нет результаты какой-то конкретной магической операции. Затем ступайте на улицу, воздайте почести каждому из первых шести перекрестков, которые встретятся вам по дороге, пролив на каждом по несколько капель кашасы, а перед седьмым перекрестком остановитесь. Здесь осените себя крестом, слева от себя расстелите красную ткань и начертите на ней понто рискадо Эшу Транка Руаса или любого другого эшу, с которым у вас установились хорошие личные отношения; это необходимо для укрепления и защиты ваших чар. Поместите на понто подношения: три коробка спичек, пиво, три черных и четыре красных свечи и три сигары. Попросите разрешения войти на перекресток, чтобы провести магическую работу. Войдите на перекресток, расстелите черную ткань и начертите на ней понто рискадо Транка Руаса или Сети Энкрузильядас. Расставьте оставшиеся свечи в круг и зажгите их; поместите на понто рискадо бутылку кашасы, оставшиеся спички и сигары. После этого пропойте молитву этому эшу, пожалуйтесь ему, если хотите, и изложите свое дело. Когда закончите, вылейте кашасу на ткань и покиньте перекресток: пятясь задом наперед, отступите на семь шагов и вознесите хвалу хранителю вашей работы. Сделав седьмой шаг, повернитесь спиной к перекрестку и идите прочь, не оглядываясь.


Магия паде: защитные операции

Паде — это мучное блюдо, которое можно использовать во многих магических операциях. Поднося его какому-либо эшу, вы автоматически обретаете защиту и благосклонность этого духа. Поэтому паде славится как замечательное средство для открытия новых возможностей и устранения препятствий. Такое подношение ценят духи всех королевств и линий, и вот как можно приготовить простое паде.

Возьмите кукурузную муку или муку маниока (кассавы) и прогрейте ее на плите с большим количеством пальмового масла. Добавьте острое перечное масло и репчатый лук (три мелко нарезанных луковицы). Основа для подношения готова; выложите паде на блюдо и украсьте семью красными острыми перцами, семью монетами и кольцами лука. Добавьте ломоть сырой говядины, полейте все кашасой и покройте блюдо черной или белой тканью. Поднесите его духам перед тронко, на перекрестке или в том королевстве, где вы работаете. Известно несколько разновидностей паде, но эта считается универсальной, и ее можно использовать в самых разных ситуациях.


Рыцарский поход: как завоевать объект вожделения

Для этой операции паде готовится по вышеописанному рецепту, но с некоторыми вариациями: на последнем этапе добавляется не кашаса, а шампанское с абсентом или шартрезом. Кроме того, вам понадобится мед в большом количестве. Для этой работы замечательно подходят эшу из линии Малей и из королевства Энкрузильядас. Итак, приготовьте паде обычным способом, но перед подачей украсьте его семью красными розами, очищенными от шипов, и семью красными и семью черными свечами. Розы следует связать красной веревкой и положить на паде. Кроме того, добавьте к паде яблоко, разрезанное пополам. Удалите сердцевину из яблока и положите половинки в центре блюда. На половинках яблока нацарапайте новой иглой, ни разу не бывшей в употреблении, имена двух человек, которых вы хотите соединить (на одной половинке — одно имя, на другой — другое, и для каждого берите новую иглу). Затем напишите эти же имена на красной ткани, перекройте их семью крестами и вложите в половинки яблока, в выемки, оставшиеся после удаления сердцевины. Пропитайте ткань медом и красным красным. Соедините половинки яблока, свяжите их красной веревкой и положите в центр паде. Пропойте понто кантадо и вознесите молитвы избранному эшу, отнесите паде поближе к дому человека, которого вы хотите к себе привязать, и как следует спрячьте его. Можно взять из паде несколько розовых лепестков и оставить у ворот дома жертвы: тогда ваш путь к победе окажется слаще.


Вражья яма: операция для уничтожения врага

Эту операцию можно проводить с помощью любого эшу Улицы или королевства Энкрузильядас; также хорошо подходит для нее Эшу дас Сети Крузес (Exu das Setis Cruzes, Эшу Семи Крестов). В субботу вечером, при убывающей луне, найти безлюдное место; чем более пустынным и уединенным оно будет, тем лучше. Принесите с собой бутылки из темного стекла, иглы и маленькие ножи, одну сигару, десять черных свечей и порошок под названием «миронга несчастья».

Чтобы приготовить этот порошок, возьмите экскременты кошки и собаки, атаре (аллигаторов перец)[3], острый красный перец, молочай волосистый (порт. corredeira, лат. Euphorbia hirta), порошок костей (человеческих), клещевину обыкновенную (лат. Ricinus communis) и каплю ртути. Смешайте все это и сожгите; полученный пепел и есть «миронга несчастья». Ее покровители — святой Киприан, Эшу Мея Нойте и Эшу дас Сети Крузес, и готовить ее следует в пятницу под их бдительным присмотром.

На выбранном месте вылейте по кругу кашасу, а в центре круга выкопайте яму. Разбейте бутылки так, чтобы осколки упали в яму, и полейте их кашасой. Расставьте свечи вокруг ямы и зажгите сигару так, чтобы дым ее тоже шел в яму. При этом взывайте к эшу, который будет помогать вам в работе. Не прекращая обращаться к эшу, напишите имя жертвы на куске ткани или бумаги и перечеркните его несколькими крестами; эту часть работы повторите несколько раз, непрерывно соединяя внутренний огонь своей ярости с могущественными образами, направленными на уничтожение вашего врага. Посыпьте осколки в яме миронгой и добавьте иголки, а затем — куски бумаги или ткани с именем врага. Всыпьте остаток миронги в яму и добавьте еще иголок и ножей — так, чтобы ножи проткнули имя. Полейте содержимое ямы кашасой, поставьте сверху три черных свечи и зажгите их. Пятясь, отступите от ямы на три шага и молча возвращайтесь домой. Дома проведите ритуальное очищение. После этой операции можно вдобавок бросить немного миронги в дверь дома жертвы. Жизнь жертвы превратится в настоящий ад. Прежде чем проводить подобную операцию, подумайте как следует, потому что отменить ее результаты почти невозможно.



Стол врачевания: операция для исцеления больного ребенка.

Эту операцию проводят с помощью Эшу Мале (Exu Malé) или же любого эшу или помба-жира из королевства дас Прайас. Вам понадобятся новая белая ткань, простая белая чашка, бутылка из белого или прозрачного стекла, три белых розы, речная вода и три белых блюдца. Возьмите ткань и накройте ею стол, на котором будете работать. Эту нужно делать сосредоточенно и с искренним намерением исцелить больного. На одном конце стола поставьте бутылку с речной водой, а рядом с ней — чашку. Поставьте на стол белую свечу и три белых блюдца. На каждое блюдце положите по розе.

Больной ребенок должен присутствовать при операции и находиться поблизости от подношений. Прочитайте над ребенком следующую молитву:

О могущественные посланники королевства вод!
Всею своею властью и силой сердца моего
Я преображаю эту воду в лекарство:
С вашего благословения эта вода ныне стала лекарством для NN.
На этом я прощаюсь с вами и благодарю вас.
Я твердо держусь своей нерушимой веры:
Да будет так!

Затем вознесите молитвы и пропойте понто кантадо тому эшу, который помогает вам в работе. Частью воды, с которой вы работали, омойте голову ребенка. Сам ребенок или кто-либо от его имени должен отнести розы на берег моря или реки и оставить там с просьбой об исцелении от болезни. Остальную воду следует разделить на семь равных частей и давать ребенку пить ее в течение семи дней.


Как ослепить дурной глаз

Считается, что источник дурного глаза, или Ажо Кокоро (Ajô Cocorô), находится в сердце: дурной глаз — это всего лишь продолжение того, что человек носит в своем сердце. Следовательно, чтобы ослепить дурной глаз, в кимбанде работают с сердцем. Один из распространенных методов таков: возьмите свежее бычье сердце и окрестите его именем человека, который вас сглазил. Если есть такая возможность, заверните сердце в лоскут от одежды этого человека. Работать следует в понедельник или в субботу. Перевяжите сердце черной веревкой и вложите в него зачеркнутое крестом имя жертвы, морскую соль, руту и розмарин. Отнесите сердце на какой-нибудь перекресток, расположенный неподалеку от свалки или от большого болота. Здесь призовите на помощь эшу и поднесите ему перец, кашасу, свечи и сигары. Начертите понто рискадо этого эшу на черной ткани и положите на него сердце. Пропойте понто кантадо и вознесите молитвы; при этом протыкайте сердце ножом, повторяя, что так вы уничтожаете дурной глаз. Затем заверните сердце в черную ткань и оставьте его в месте повышенной активности, относящемся к королевству Лира, — например, возле какого-нибудь многолюдного бара или места, где проводятся вечеринки. Лучше всего проводить эту операцию под покровительством эшу из королевства Лира, но и большинство других эшу тоже могут помочь.


Пьяный пророк

Этот метод происходит не из кимбанды, но используется в ней и предназначается для работы в королевстве Лира. Если вам нужно получить ответ на какой-нибудь вопрос, то можно обратиться за прорицанием к силам Лиры. Вначале подойдите к своему столу духов и к тронко и зажгите свечу для духа, у которого вы хотите испросить совета. Затем ступайте в королевство Лира в одиночестве и разыщите подходящий бар или закусочную. Вам нужен такой бар, в котором обычно собираются пьяницы лет сорока и старше, — то есть, грубо говоря, какая-нибудь дешевая и обшарпанная забегаловка. Чтобы дух направил вас в подходящее место, перед выходом из дому желательно вознести молитву, заявив о своем намерении, и поднести духу свечи, кашасу и сигару. Не торопитесь, выбирайте тщательно. Когда почувствуете, что нашли заведение, где вас ожидает ответ на вопрос, зайдите туда, возьмите себе выпить и полностью погрузитесь в местную атмосферу. Через некоторое время вы почувствуете, за каким столиком сидят ваши пророки. Подсядьте к ним и закажите выпивку на всех: чем пьянее пророк, тем лучше. Поднимите тост за жизнь, любовь и смерть и за все ее тайны, а потом сидите и слушайте, о чем говорят за столом. Если дело продвигается туго, закажите выпивку второй и третий раз, направьте разговор в интересующую вас область и продолжайте слушать. В конце концов, дух на время вселится в одного из ваших собутыльников и его устами даст ответ на ваш вопрос. Отблагодарите пророка, еще раз заказав выпивку на всех, а когда вернетесь домой, вознесите благодарность эшу.


Операция для избавления от навязчивых состояний

Подверженность навязчивым мыслям или желаниям — одна из самых серьезных опасностей, подстерегающих человека на путях кимбанды, и жертвами ее становятся многие. Подобные состояния возникают под влиянием киюмб, и если те заразили человека какими-нибудь навязчивыми идеями, прежде всего необходимо изгнать этих вредоносных духов, проведя процедуры очищения и врачевания. Следует отдавать себе отчет, что навязчивые состояния, вызванные духами, могут довести до безумия и смерти, поэтому надо относиться к ним со всей серьезностью. Исцеление достигается не посредством каких-либо эффектных церемоний, а путем изменения внутренних привычек и манер.

Во-первых, необходимо осознанное желание избавиться от навязчивых духов. Следует ежедневно совершать магические омовения (амаси) для изгнания киюмб. Кроме того, следует воздерживаться от интриг и сплетен в каком бы то ни было виде и избегать опьянения алкоголем, наркотиками и негативными эмоциями. В подобных случаях полезно также заниматься благотворительностью.

И, наконец, можно несколько раз в день работать со столом духов, чтобы взрастить в себе безмятежность и обрести защиту от враждебных влияний. Иногда помогает также провести новену, посвященную одному из трех главных святых кимбанды — святому Михаилу, святому Антонию или святому Киприану: они занимают высокое место в духовной иерархии и оказывают успокаивающее воздействие. Если прилежно и внимательно соблюдать все эти ритуальные процедуры на протяжении девяти дней, в большинстве случаев этого оказывается вполне достаточно. На период очищения можно также разместить в углах дома морскую соль и руту. В заключение девятидневного периода следует вымыть полы во всем доме, уделив особое внимание углам, ванной комнате и туалету. Чтобы приготовить смесь для мытья полов, разведите бутылку кашасы или другого подобного напитка с большими количествами лаванды и морской соли в чистой воде, желательно освященной.


Сладкий мир

Эту операцию лучше всего проводить в пятницу и в королевстве Лира или дас Прайяс. Возьмите синюю свечу и напишите на ней иголкой имя человека, сердце которого вы хотите смягчить. Затем воткните иголку в донышко свечи, а свечу умастите медом и поставьте на блюдо. После этого возьмите еще одно блюдо, белое, и начертите на нем понто рискадо того эшу, с которым вы будете работать. Наполните блюдо семенами льна, рисом и орехами. Сверху полейте медом и пальмовым маслом. Затем зажгите синюю свечу, с которой вы работали вначале, и поднесите эшу три красные свечи, одну сигару и стакан сладкого красного вина. Все это поставьте в кухне — у плиты или очага.

Исполнив все это, напишите имя человека на куске бумаги, перекройте его семью крестами и положите в сковороду, наполненную чистой водой и коричневым сахаром или медом в равных частях (только смотрите, не берите чистый мед — он легко воспламеняется, так что лучше использовать мед, разведенный сахарным сиропом). Поставьте сковороду на огонь и замешайте записку с именем в эту смесь с молитвами и песнопениями, в которых надо от всего сердца просить, чтобы человек, о котором идет речь, смягчился. Так можно воздействовать на человека, обремененного гневом, или на того, кого вы желаете расположить себе, чтобы добиться взаимности в любви. Когда смесь закипит, оставьте ее на огне на несколько минут, а затем перелейте в другой сосуд и поднесите эшу вместе с кашасой и пальмовым маслом. Дайте ей остыть естественным путем — и это всё: человек смягчился, и теперь можно предпринимать по отношению к нему активные действия.


Ритуал обретения покровителя в лице святого Киприана

Это девятидневное служение, в результате которого вы введете святого Киприана в свою жизнь. Приобретите его изображение — статуэтку или картину. Кроме того, вам понадобятся красная и черная веревка, две белых свечи и одна черная, а также масло святого Киприана, которое следует приготовить заранее. Работать следует еженощно, в полночь, начав с пятницы на растущей луне — таким образом, чтобы завершение работы пришлось на полнолуние.

Каждую ночь вы будете читать следующую молитву:

Salvé!
Пресвятой Киприан,
Прошу тебя: стань моим Покровителем,
Трудись надо мною и держи меня крепко,
Удели мне от сил своих!
Я принимаю тебя как учителя, наставника и тата,
Благослови же мой дом и мою жизнь,
А души и уста врагов моих затвори.
Сделай мои глаза вдвое зорче,
А недругов моих ослепи вдвойне.
О великий, благословенный,
Пресвятой Киприан,
Прошу тебя: стань моим Покровителем!
Молю и прошу,
Услышь мой зов!
Аминь!

Прочитав молитву, умастите по одному футу каждой веревки (красной и черной) маслом святого Киприана и привяжите эти части веревок тремя узлами к статуэтке или картине. На девятую ночь поместите изображение так, чтобы его освещала полная луна, и с молитвами омойте его маслом и красным вином, добавив последние отрезки веревок. Затем вложите между веревками листья акации или лавра.

На протяжении всего этого периода будьте очень внимательны. Если каким-то образом вам попадутся части тела кошки, жабы, змеи или летучей мыши, вложите их в мешочки из черной ткани и привяжите к статуэтке или картине черной веревкой. Можно будет добавлять их и позже, по мере развития ваших отношений со святым.

В дальнейшем подносите святому Киприану воду, хлеб, черные бобы и красное вино и воскуряйте перед ним ладаном и миррой.


Масло святого Киприана

Оливковое масло
Полынь горькая (лат. Artemisia absinthium)
Пролесник многолетний (лат. Mercurialis perennis)
Мята болотная (лат. Mentha pulegium)
Щепоть костного порошка
Щепоть серы
Щепоть опилок козлиного рога
Щепоть медных опилок
Сосновая или кедровая смола

Кроме того, нужно извлечь из томика библии Книгу Откровения Иоанна, начертить на каждой ее странице понто рискадо святого Киприана, поставить на нее черную свечу и дождаться, пока та догорит. Затем страницы нужно сжечь и добавить пепел в масло.

Прежде чем использовать масло, следует в течение семи дней держать его рядом с изображением святого Киприана или с изображением Эшу Мея Нойте и жечь при этом семидневную свечу.

Понто рискадо святого Киприана Кимбандейро




Перевод с англ. Анны Блейз


[1] Крузейро — центральный крест кладбища; если центрального креста нет, то за крузейро принимается самый большой или самый старый крест.

[2] Пемба — священный мел.

[3] Аллигаторов перец — североафриканская пряность, получаемая из семян растений Aframomum danielli, Aframomum citratum или Aframomum excapum. — Примеч. перев.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #10 : 10 Апреля 2021, 16:05:14 »
II. Король города праха

Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.

Истина — это не просто слепок с реальности: она всегда динамична, всегда вовлечена в действие.

— Роже Бастид

История кимбанды выкована в горниле забвения, ностальгии и революционных потрясений. На протяжении веков этот культ видоизменялся и адаптировался к переменам, принимая новые имена и ритуальные формы. Истинная суть кимбанды — динамическое взаимодействие с землей и народом, а потому выявить исторические прообразы ее современных направлений не так-то просто. Придется принять к сведению и расхождения между несколькими различными народными традициями, бытующими в Бразилии, и фактор общественных перемен, и географические вариации. История — наука ненадежная: она пытается объяснить слишком многое, опираясь лишь на случайно сохранившеся факты. Чтобы выдвинуть комптентную гипотезу об истинном смысле и значении этих фактов, требуется хороший аналитический ум. И таковым, на мой взгляд, обладал Роже Бастид[1], опиравшийся, в свою очередь, на исследовательские работы Л.А. Кошта-Пинту, Р.Н. Родригиша и Жилберту Фрейри. Первое серьезное исследование в области афробразильской культуры и макумба появилось лишь в 1901 году, когда Раймунду Нина Родригиш попытался выступить против последовательной диффамации чернокожих в Бразилии; но самыми важными для понимания этой темы стали труды Роже Бастида, выходца из Франции. Бастид постоянно обращается к проблеме культурной памяти и ее утраты, а это, с моей точки зрения, ключевой вопрос, встающий перед каждым, кто пытается исследовать исторические корни кимбанды.

Кимбанда зародилась в жерле социальной напряженности и массовых народных волнений. Первые голоса за свободу для коренного индейского населения Бразилии прозвучали еще в 1611 году, но лишь в 1789-м освободительное движение принесло плоды. Африканцам пришлось гораздо тяжелее: они получили свободу лишь в 1888 году, да и то в результате мощного международного давления. Справедливости ради следует отметить, что Жозе Бонифасиу, опекун императора, масон и рьяный сторонник эмансипации[2], в 1823 году отмечал, что рабство разъедает страну, как раковая опухоль. Торговля рабами была запрещена в 1850 году, а 1871-м был принят «закон о свободе рождения», согласно которому дети рабов, родившиеся после вступления закона в силу, должны были считаться свободными. В 1889 году Бразилия превратилась из империи в республику, но период этой первой («старой») республики был омрачен конфликтами, тиранией и мятежами, за которыми следовали жестокие репрессии.

Так называемая Прекрасная эпоха — период расцвета европейских и, в первую очередь, французских изящных искусств, литературы, музыки и философии — захватила и конец императорского режима в Бразилии, и весь период Старой республики. Как это ни парадоксально, именно на фоне Прекрасной эпохи поднял свою уродливую голову социал-дарвинизм: дискриминации подвергались и африканцы, и кафузу[3], и кабокло — одним словом, все, кроме выходцев из Европы и их «чистокровных» потомков. И в этот же период в городах Бразилии начали стремительно набирать силу общественные движения чернокожих и кабокло, а также умбанда, возникшая на основе кардековского спиритизма. Любая попытка выкорчевать африканские корни вела к тому, что они становились только прочнее, и, наконец, дали жизнь кимбанде в том виде, в каком мы знаем ее сейчас, — конгломерату африканской и индейской народной мудрости, ориентированному на конголезскую космологию и в большей или меньшей степени окрашенному влиянием спиритизма. Именно этот конгломерат разнообразных течений, пронизанный духом бунтарства и социальной напряженности, составляет сердечную жилу того, что принято называть «коренной кимбандой», Quimbanda de Raiz.

В 1930 году военные захватили власть и удерживали ее вплоть до 1985 года. В 1985 году в Бразилии состоялись первые демократические выборы, но избранный президентом Танкреду Невис вскоре скончался (или, согласно распространенному мнению, был убит), и его место занял Жозе Сарней, возглавивший так называемую «новую» республику. С тех пор в стране начал формироваться курс на укрепление демократии и ликвидацию социального неравенства. Тем не менее, следует принимать в расчет, что расовая и половая дискриманиция в Бразилии были поставлены вне закона лишь в 1988 году.


Дьявол кабулы

Дон Жуан Нери (1863—1920), папский представитель в Бразилии и епископ города Кампинас, сообщает, что термины «макумба» и «калундус» (calundus) использовались как взаимозаменяемые. Собственно, «калундус» описывались как «колдовские идолослужения», при этом «черные вдвойне» — поскольку в них участвовали в основном чернокожие и поскольку их магия и обряды носили черный и дьявольский характер. С XVII века и далее в описания и отчетах то и дело упоминаются калундейрос, поклоняющиеся духу по имени Калунга Нгомбе (Calunga Ngombe). «Нгомбе» — это слово из языка конго, обозначающее медиумов и прорицателей, а «Калунга» — это и бездонные воды мира предков, и таинственные бездны океана в прямом смысле слова. Свои обряды калундейрос проводили на огороженных участках-«калундос» (calundos), исполненных «ужаса и скверны». Сами обряды описывались как смесь черной магии, одержимости духами и масонских церемоний, переиначенных на африканский лад. Слово «калундус» восходит к названию города Калунда в Северной Анголе, но в быту оно ассоциировалось, прежде всего, с названием упомянутых огороженных участков, на которых размещались бараки рабов. Практики калундус породили культ кабула (cabulas), который можно рассматривать как жреческую структуру в рамках калундус. Кабула следовала традиционной африканской иерархии, в соответствии с которой во главе культа стоял духовный глава — эмбанда (embanda). Эмбанде помогал камбоно (cambono) — мастер церемоний и распорядитель ритуалов, следивший за порядком и безопасностью. Собрания назывались «энжирас» (enjiras); их участники обычно облачались в белые одежды и взывали к Калунге (океан и дар пророчества), бакуло (Baculo, предки) и татá (tatá, букв. «отец», — развоплощенные мастера и духи-наставники). Цель ритуалов заключалась в том, чтобы войти в транс и установить контакт с духами-наставниками, дарующими защиту и знания. Бастид отмечает, что тата приходили во многих обличьях — таких, например, как Тата Геррейру (Tatá Guerreiro, Отец-Воин), Тата Флор ди Карунга (Tatá Flor de Carunga, Отец цветка Калунги), Тата Ромпи Серра (Tatá Rompi Serra, Отец, разрушающий холмы), Тата Ромпи Понти (Tatá Rompi Ponte, Отец, разрушающий мосты) и так далее. Словом «макумба» первоначально назывался барабан, в который били во время этих обрядов. Но постепенно «макумба» и «кабула» стали синонимами.

По мере того, как макумба приобретала известность и все чаще упоминалась в книгах, термины «тата», «пай» (Pai, букв. «отец») и «местри» (Mestre, букв. «мастер») стали употребляться как взаимозаменяемые по отношению к верховным главам культа — и воплощенным, и бестелесным. Культовая структура, принятая в кабуле и среди калундейрос, сохранялась в различных вариантах под общим названием «макумба» вплоть до XIX века, а затем ее постепенно начали называть кимбандой (в случаях, когда речь шла о практиках кабулы). На рубеже XIX—XX веков термин «макумба» приобрел отчетливые конголезкие или общеафриканские коннотации, но с привкусом черной магии, следовавшим за ним, как тень.

Своей дурной репутацией макумба отчасти обязана тем, что ее последователи прибегали к магии и колдовству для решения самых что ни на есть житейских проблем, порожденных насилием, нуждой и притеснениями. Макумбейрос обращались за помощью к таким духам, которые могли открыть выход из тупика и уничтожить угнетателей. Следует также принять во внимание церковные расколы XV—XVI веков, в результате которых протестанты, сосредоточившиеся на севере страны, отмежевались от католической церкви, объявив ее «сатанинской». С тех пор фигура дьявола заняла важное место в религиозных представлениях, и все это, разумеется, давало поводы для беспокойства, наглядно свидетельствуя о том, что дьяволу под силу разделить дом Божий на враждующие лагеря. До Реформации церковь считалась настолько могущественной, что человеку, пребывающему в ее лоне, можно было не страшиться никаких демонов. Но когда внутри самой церкви начались раздоры и беспорядки, точка зрения на этот вопрос быстро изменилась, и уже в XVII веке демоны под водительством верховного дьявола стали восприниматься как источник реальной опасности. И поскольку дьявол был врагом церкви, его постепенно стали считать источником силы и потенциальным помощником калундейрос и макумбейрос.

Именно в тот период сформировалась иконографическая традиция, представлявшая Эшу в образе дьявола. Дьявол становился все более и более могущественным олицетворением зла, то есть составлял все большую опасность для белых рабовладельцев, — и вполне естественно, что угнетенные слои населения, будь то ссыльные из Европы или африканские рабы, начинали видеть друга во враге своих угнетателей. Рассуждая об этом синкретическом образе Эшу-дьявола, Бастид отмечает, что именно ориша Эшу (Èsú) из пантеона йоруба оказался идеальной фигурой, способной объединить индейских и конголезских духов в некоего совокупного защитника и посредника между Богом и людьми. Ведь чаще всего в ритуалах макумбы призывали духов врачевания, войны, благоприятных случайностей и возмездия врагам, — и кто, как не ориша Эшу, мог лучше всех вознести эти запросы к престолу Нзамби (Бога)? И, судя по всему, постепенный процесс слияния этого духа-заступника из пантеона йоруба с духами перекрестков из обрядов макумбы, начавшийся в первом десятилетии XIX века, заложил основу для формирования умбанды. Даже в 70-е годы XX века с африканским источником по-прежнему сохранялась тесная связь: некоторые кимбандейрос специально ездили в Кету (Нигерия), чтобы пройти посвящение в культ ориша Эшу и тем самым заручиться всей возможной поддержкой для практики кимбанды. Считалось, что ориша Эшу занимает нейтральное положение посредника между ангельскими чинами и легионами ада. Именно поэтому все бесчисленные духи перекрестков и улиц, родов и королевств, вошедшие в иерархию кимбанды, получили к своим именам приставку «Эшу». И не последнюю роль в этих процессах сыграло то, что в первых английских словарях языка йоруба имя «ориша Эшу» переводилось как «дьявол» и «Сатана» (а кое-кто переводит его так и по сей день).

Получив столь важную роль в иерархии духов, ориша Эшу вдобавок стал восприниматься как сила, способная разрешать культурные конфликты. В итоге бразильский Эшу (Exu) объединил в себе Эшу (Èsú) из пантеона йоруба с конголезским духом огня Кадиемпембе (Kadiempembe) и облекся в одежды европейской демонологии и спиритизма. Он превратился в олицетворение равновесия между «негативным» наследием конголезских банту и «позитивным» наследием наго/йоруба.

Здесь следует отметить, что никакого «африканского дуализма» в действительности не существует: африканским религиям и теологическим концепциям совершенно чужды какие бы то ни было манихейские идеи. Разделение этих религий на «негативные» и «позитивные» — чистая условность, которую я позволил себе ради красного словца. Все, в чем мы могли бы усмотреть хотя бы тень дуализма, на поверку оказывается отклонением от естественного порядка вещей, ибо, с точки зрения этих религий, все сущее в мире — лишь лучи и эманации единого творящего начала, мудрого первоисточника. Все на свете — растения и животные, люди и боги — суть духовные манифестации Единого. А поскольку весь мир состоит из противоположностей, в этом заключен великий парадокс. Все на свете парадоксально и неоднозначно, и самые неоднозначные из всех проявлений Единого — духи «меркурианской» природы, такие как Эшу.

Африканских духов всегда рассматривают как некие производные от их функций: это природные силы, качества которых определяются тем, каким образом, где и почему они проявляются, действуют и дают о себе знать. Все они динамичны; но динамичность некоторых из них можно истолковать как следствие амбивалентности, лежащей в самой основе данной духовной сущности. На практике это означает, что дух может проявляться и действовать в рамках широчайшего спектра возможностей, и только от сопутствующих обстоятельств зависит, какие из этих возможностей возобладают, а какие останутся в тени. Когда формировался облик бразильского Эшу, на первый план вышли функции открывателя путей, посредника, толмача и мага. Кроме того, в среде рабов-бунтовщиков не забывали о том, что у Эшу есть функция агрессивного огня, и так защитник африканцев превратился в отравителя белых людей, убийцу и злого колдуна. Затем, под влиянием социальных обстоятельств, круг последователей ориша Эшу расширился: в число подопечных этого духа вошли не только африканские рабы, но и все угнетенные, преступники и изгои. Так на протяжении XVII—XIX веков сложился конгломерат, известный под именем бразильского Эшу (Exu). По меньшей мере до конца XIX века, согласно свидетельству Бастида, сохранялась своеобразная кросскультурная контаминация: в домах макумбо, действовавших в Рио-де-Жанейро, потомки банту почитали под именем Эшу (Exu) ориша Эшу (Èsú) из пантеона йоруба. Эшу был главным из духов, которому они совершали эбо (ebó)[4] и подносили паде (padé)[5], что явственно указывает на влияние йоруба. Более того, представления, восходящие к религиям йоруба и банту, переплелись между собой так тесно, что вредоносная и защитная ипостаси африканского Эшу словно зажили собственной жизнью и, слившись воедино с образом европейского дьявола, породили Эшу кимбанды. Так на плодородной бразильской почве, орошенной потом и кровью, вырос новый Эшу — и устремился в самостоятельный полет на крыльях колдовства и возмездия.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #11 : 10 Апреля 2021, 16:06:26 »
Змеиные корни макумбы

С отменой рабства расцвела макумба. Между бывшими рабами, выброшенными теперь на улицы и оставленными на произвол судьбы, легко завязывались узы взаимопомощи и братства. Особенно быстро и мощно движение макумбы развивалось в Сальвадоре, Баии и Рио-де-Жанейро. В сущности, макумба пришла на смену кабуле, но, в отличие от последней, она охотно впитывала в себя европейские влияния, распространившиеся в крупных городах с началом Прекрасной эпохи. Эшу и его культ жадно вбирали самые разнообразные элементы индейских, африканских и европейских магических традиций. В этом плавильном котле европейский дьявол превратился в своеобразного духа-покровителя приверженцев макумбы, которые по-прежнему проводили собрания-энжирас, но пополнили свой репертуар заклинаниями из книги святого Киприана и спиритическими методами. Бастид сообщает, что некоторые верили, будто последователи святого Киприана способны превращаться в различных животных, а сам Киприан стал почитаться как покровитель черной магии. Выражение «черная магия» (magia negra) использовалось как синоним макумбы. Именно на этой почве выросла кимбанда; именно по этой причине кимбанду можно рассматривать как вариацию — в белых, красных и черных тонах — на тему дьяволопоклонничества; и по той же самой причине в иконографии Эшу прочитывается историю о том, как дьявол стал другом угнетенных и отверженных.

Ориша Эшу (Èsú) влился в синкретический образ Эшу как дух-посредник и вестник, как олицетворение магии и преображающей силы, — а европейский дьявол был перетолкован как воплощение тех же самых качеств. В этот же период в традицию макумбы вошел еще один дух из пантеона йоруба — ориша Омолу; и это свидетельствует о том, что процесс культурных заимствований начал развиваться лавинообразно. У йоруба Омолу почитался как хозяин земли и господин болезней (в особенности оспы) и врачевания. Соответственно, в макумбе он стал владыкой Кладбища.

Период с 1870 по 1920 годы ознаменовался активным обменом знаниями между магами и колдунами различных традиций, благодаря чему макумба — а, следовательно, и кимбанда — обрели невиданное доселе разнообразие. Вскоре после отмены рабства в крупные города Бразилии — в Сальвадор, Сан-Паулу, Рио-де-Жанейро и Порту-Алегри — хлынули толпы французских гомеопатов и спиритистов. На волне французской буржуазной культуры пришли неоязычество, неогедонизм и декаданс. Эта же волна принесла с собой книги Ж.-К. Гюисманса и идеалы романтического сатанизма, общественное влияние которых оказалось гораздо более сильным, чем принято считать. Романы Гюисманса «Наоборот» и «Там, внизу» были опубликованы в Бразилии в 90-е годы XIX века и произвели большое впечатление на масонов и розенкрейцеров, заинтриговав их описаниями черной мессы. Эти новые веяния получили поддержку со стороны таких интеллектуалов, как Тейшейра Вернек и Эдуарду ду Кампуш, пропагандировавших романтический сатанизм в кругах своих почитателей. Разумеется, кимбанда тоже не осталась в стороне: демоническая образность, связанная с Эшу, приобрела под этим французским влиянием особый пафос. Стефания Капони в своем исследовании (2004) приходит к выводу, что макумба вобрала в себя европейские верования и перетолковала их в соответствии с африканским мировоззрением. На мой взгляд, она совершенно права; и именно этим объясняются современные разногласия между кимбандейрос по вопросу о происхождении культа. Кимбанда восходит, образно выражаясь, к Семи Истокам[6].

Кимбанда — это повесть об угнетении и бунте, о пропасти, разделявшей рабов и господ, и о расколе внутри самой африканской диаспоры, углублявшемся по мере того, как рождалось все больше детей смешанного происхождения. Тем, кто заинтересовался этой темой, я рекомендую монументальный двухтомный труд Жилберту Фрейри «Хозяева и рабы» (1933), в котором подробно рассматривается сложное положение освобожденного раба, вынужденного приспосабливаться к новой жизни в обществе, построенном на расовой дискриминации. Именно в этом контексте распространились дискуссии о том о том, способен ли чернокожий «варвар» развиться и обрести «достоинство» белого человека. Нетрудно себе представить, какую реакцию вызывали подобные вопросы у самих «варваров»! Некоторые из бывших рабов принялись усердно доказывать, что они не хуже белых, а некоторые лишь еще больше озлобились. Все попытки восстановить пошатнувшееся общественное равновесие порождали только новые конфликты и противоречия.

С 1863 года в Бразилии начало распространяться спиритуалистическое учение, и на его основе очень скоро сформировался так называемый «низкий спиритизм». Традиция «низкого спиритизма» признавала две категории душ умерших — две «линии», или рода, с которыми могли вступать в общение медиумы: индейскую (кабокло) и африканскую. «Низким» данную разновидность спиритизма стали называть как по этой причине, так и в связи с тем, что ей были свойственны более грубые (читай: «негритянские») формы одержимости и транса. В самом этом ярлыке — «низкий спиритизм» — отразилось типично французское представление (идущее от Элифаса Леви) о необходимости разграничивать «высшую» и «низшую» магию. Духов африканской линии называли прету-велью (preto velho, букв. «старые черные»): это были африканские предки, присматривающие за своими живыми потомками. Через медиумов могли приходить и милосердные духи, такие как Пай Жуан (Pai João, Папа Жуан), и более гневные и яростные, как Пай Жуакин (Pai Joaquim, Папа Жуакин) и Пай Конго (Pai Congo, Папа Конго). Этот «низкий спиритизм» заслуживает внимания постольку, поскольку он очень быстро прижился и стал развиваться по собственным законам в домах макумбы, где на первый план в культовой практике вышли индейские, африканские и «языческие» духи. Цели работы с этими духами всегда оставались неизменными: возмездие, защита и руководство.

Именно после того, как сформировались первые линии духов, из традиции умбанды выделилась кимбанда. Многие потомки конголезцев охотно принимали спиритизм как новый способ восстановления связи с предками. Известно, что название «умбанда» (umbanda) произошло от слова ymbanda из языка кимбунду; это одновременно и глагол, и имя существительное, приблизительное значение которого — «главный целитель». Словом «кимбанда» (quimbanda) изначально тоже называли главного целителя, но оно могло означать и лекарство вообще — в широком и духовном смысле. Первый раскол между умбандой и кимбандой произошел в домах макумбы в Рио-де-Жанейро, где, согласно Бастиду, макумбейрос африканского и смешанного происхождения решили попросту согласиться с постоянными обвинениями в занятиях черной магией и признали Эшу как владыку царства ужасов и злого колдуна своим духовным покровителем. Так духи перекрестков со всеми своими линиями и легионами вышли из преисподней, а Омолу со своим мертвым воинством восстал из-под земли на кладбище культурной памяти и забвения. Кимбанда сформировалась как особая традиция, всей душой погруженная в память предков, но при этом одной ногой стоящая в Африке, а другой — в Европе. Кроме того, на основании вышесказанного можно предположить, что термины «умбанда» и «кимбанда» вошли в обиход задолго до того, как в 1920 году Зелио ди Мораэсу получил указание основать дом умбанды под водительством Кабокло дас Сети Энкрузильядас (Caboclo das Sete Encruzilhadas, Кабокло Семи Перекрестков)[7].

В конце XV века португальский король Жуан II отправил в Конго экспедицию, задача которой заключалась в том, чтобы воссоздать среди африканцев европейскую феодальную систему в миниатюре. В состав экспедиции вошли священники и философы, учителя и крестьяне — представители всех классов общества; предполагалось, что они естественным образом распространят в Африке цивилизацию западного образца. Кроме того, нескольких молодых людей из Конго привезли в Португалию, чтобы дать им образование, а затем вернуть на родину — в надежде, что они станут первыми представителями новой туземной аристократии. В рамках той же программы первый маниконго (король Конго), Нзинга Мбемба, отправился в Ватикан, принял крещение и в 1521 году вернулся в Конго под именем Афонсу I. Этот миссионерский план, на первый взгляд, казался весьма изобретательным, но на деле конголезцы не стали христианами, а попросту африканизировали религию, которую им пытались навязать. Для колонизаторов это оказалось страшным разочарованием. Как бы ни старались посланники португальского короля и эмиссары Ватикана просветить туземцев, искоренить «суеверия» не удавалось, и, в конце концов, на христианизацию народов банту и конго махнули рукой. Церковь, крест, молитвы, псалмы и Библия оставались для конголезцев нкиси, то есть своего рода талисманами, магическими средствами для врачевания или достижения практических целей. Первые антропологи, вроде Тайлера, называли такое мировоззрение «первобытным анимизмом» и считали грубым и дикарским. Африканские культуры воспринимались как пережитки примитивных религиозных и культурных обычаев, характерных для более ранней стадии человеческой эволюции. Это обстоятельство вкупе с суеверным страхом, который внушал белому человеку африканец со своим непривычным поведением, непонятным языком и черным цветом кожи, породило в носителях африканской культуры чувство протеста и сформировало тот мятежный дух, которым пронизана вся традиция кимбанды.


Целительное колдовство

Принято считать, что португальцы в Конго действовали жестоко и обращали местных жителей в христианство силой. Но на самом деле насилие и жестокость начались позже, обширные документальные подтверждения чему я привожу в другой своей книге, «Пало майомбе — сад костей и крови». В некоторых случаях африканцев заставляли принять крещение перед посадкой на корабли, шедшие в Новый Свет, но, в целом, португальские миссионеры предпочитали действовать методом пряника, а кнута. На первых порах они не мешали африканцам толковать христианские таинства по-своему, полагая, что со временем «дикари» просветятся и придут к истинной вере естественным путем. Но эти ожидания не оправдались, так что африканский католицизм изрядно попахивал «ересью» еще у себя на родине. Очутившись в Новом Свете, выходцы из Африки вынуждены были скрывать свои религиозные взгляды и обычаи, но не вызывает сомнения, что культ святых и почитание христианских реликвий были переосмыслены и включены в религиозную практику конголезцев еще до прибытия в Бразилию. И об этом не следует забывать, потому что своей приверженностью искаженным формам христианства конголезцы подливали масла в огонь суеверных представлений о чернокожих как о порождениях дьявола. Специфическую разновидность христианства, принятую среди конго, рассматривали как следствие заблуждений и невежества, давших о себе знать как в области культовой практики, так и на уровне богословского толкования. Такое поклонение Богу нельзя было признать действительным,из чего зачастую следовал вывод, что Богу африканцы не поклоняются вовсе — а, значит, поклоняются дьяволу, ибо третьего не дано. Поэтому такой термин, как «кимбанда» (kimbanda), означающий в буквальном переводе «то, от чего приходит исцеление», толковался не просто как средство врачевания, а как лекарство, исходящее от дьявола и, таким образом, губительное для души.

В исследовании 2008 года под редакцией И. Фаф-Райнбергера и Т. Пинту утверждается, что термин umbanda, происходящий из ангольского языка кимбунду, означал «традиционное лекарство или способ лечения», а человека, овладевшего искусством умбанды, называли kimbanda. В свете современных различий между понятиями умбанды и кимбанды (Quimbanda) становится очевидно, какие грандиозные перемены потребовались для того, чтобы эти термины и сопутствующие им традиции укоренились на новой почве и адаптировались к социальному и духовному климату Бразилии.

В языке кимбунду слово kimbanda означает «врачеватель / медиум / лекарство / способ лечения» и может применяться не только к человеку, но и к орудию врачевания, такому как нкиси — сосуд для духа, связка трав или талисман. Kimbanda — это человек или предмет, который обладает преображающей силой. Kimbanda -целитель (или целебное средство) отличается по своей сущности от колдуна (или колдовского талисмана), но оба они пользуются силой одного и того же рода. Следует также отметить, что смысловые расхождения между словами kimbanda и mbanda («знахарь, духовный целитель») не столь уж велики, а фонетические различия между ними, скорее всего, объяснются чисто географическими причинами, то есть разницей между диалектами Северной и Южной Анголы. Не исключено также, что ki- — это префикс, отличающий название какого-либо искусства от человека, владеющего этим искусством. В этом случае kimbanda — не кто иной, как мастер, владеющий искусством mbanda. Но, так или иначе, бразильская кимбанда (Quimbanda) формировалась в совершенно ином контексте, и здесь целитель-kimbanda полностью отождествился с колдуном под общим наименованием «муложи» (muloji).

В новом понимании искусство кимбанды включило в себя не только общение с духами и врачевание, но и магические практики агрессивного характера. Кимбандейро был путешественником между мирами и как таковой исполнял функции, сходные с теми, которые отводятся шаману в традиционной индейской общине (где шаман — одновременно и целитель, и путешественник во времени, способный возвращаться в прошлое и беседовать с духами предков). В самых ранних кимбунду-португальских словарях термин kimbanda толковался как аналог термина nganga из языка киконго, а термин ndoki — как аналог muloji. Из этого следует, что колдовство воспринималось как качество, заложенное в человеке, а не как особая практика. Но еще более интересно, что словом muloji обозначался, в частности, человек, способный управлять силами огня и «вредоносными» духами. Таким образом, этот термин вполне применим к мастерам агрессивных магических операций, типичных для бразильской кимбанды.

Африканские мастера кимбанды (по крайней мере, в некоторых местностях) считались знатоками ритуалов вообще и погребальных обрядов в особенности. Согласно многим документальным свидетельствам, они занимались вызыванием кладбищенских духов — как в добрых, так и в дурных целях. Как уже упоминалось выше в этой главе, дух по имени Калунга Нгомбе (Calunga Ngombe) позднее занял центральное место в культе кабулы. Этот дух связан не только с кладбищами, но и с прорицанием, а потому к нему обращались за помощью в диагностике болезней. Среди конго болезнь рассматривалась не просто как телесный недуг: в любой болезни присутствовали компоненты, связанные с состоянием духа больного и с его предками. Именно поэтому kimbanda работал с мертвыми и прибегал в своей целительской практике к колдовским обрядам.

Роже Бастид выдвигает интересную гипотезу о том, какие факторы положили начало процессам синкретизации в Новом Свете. Он подразделяет религиозную традицию банту и конго на две основных составляющих: почитание предков и почитание природы. Один из этих двух столпов — столп поклонения предкам — разрушили колонизаторы. Смешение с другими народами, зачастую насильственное, привело к тому, что выходцы из Африки утратили точные знания о своей родословной, и в результате культ предков претерпел радикальную трансформацию. Культ природы тоже не остался прежним: африканские духи природы, служившие вратами к лучам и сферам, в которых пребывал Нзамби, сменили места обитания. Но все же от этого компонента религии сохранилось самое важное — общее мировоззрение, типичное для конго. И это мировоззрение приспособилось к новой среде, отчасти похожей на прежнюю, а отчасти чуждой. Когда Бастид опрашивал последователей макумбы в Рио-де-Жанейро, один из них сказал: «Теперь мы живем на новой земли, а, значит, должны почитать духов этой земли». Именно эта установка помогла конголезцам сохранить свою веру — и сыграла важную роль в формировании бразильских культов катимбо, кандомле и кимбанды.

Свойственное конго уважение к природе и природным духам распространилось также на коренное население Бразилии и обеспечило плодотворный синтез с культом кабокло. Результаты этого синтеза наглядно видны не только в кимбанде, но и в кандомбле. Но под влиянием выходцев из народов йоруба и фон, которых в Бразилии становилось все больше и больше, культ кандомбле пошел другим путем, приняв за основу религию йоруба, несмотря на свои отчасти конголезские корни. Бастид утверждает, что носителям традиции банту/конго был присущ своего рода духовный оппортунизм: так, например, в спиритизме они увидели шанс на восстановление связи со своими предками, и не замедлили воспользоваться этой возможностью, придав возрожденному культу предков принципиально новую, специфически бразильскую окраску. Как пишет Бастид, «именно эта готовность банту мимикрировать под цвет окружения и дает нам ответ на поставленный вопрос».

Важнейшую роль, которую сыграло в этих процессах особое конголезское мировоззрение, можно продемонстрировать на примере народа кабинда. В XIX веке они практиковали уникальную разновидность макумбы, основанную на поклонении камням. Кроме того, они почитали подсолнечник как священное растение и называли свои ритуалы «макумба» в изначальном смысле этого слова — «танец под барабан». В этих ритуалах они призывали святых, известных под именами Ганга-Зумба (Ganga—Zumba), Канджира-Мунгонго (Canjira—Mungongo), Кубанго (Cubango), Синху-ренга (Sinhu—renga), Лингонго (Lingongo) и так далее. Во всех ритуалах неизменно использовались песнопения, музыка и танец как вспомогательные средства для достижения одержимости духами. Эти практики очень похожи на описания церемоний кабула, оставленные епископом Кампинаса в конце XIX века, а те, в свою очередь, сходны с обрядами катимбо — еще одного культа, сложившегося под влиянием индейских и конголезских традиций. Помимо вышеперечисленных духов, кабинда почитали Нганга Нзамби (Nganga Nzambi, бога-творца), Замбиапунго (Zambiapungo, предка народа конго), Лембу (Lemba, духа плодородия), Калунгу (Calunga, духа мертвых и моря) и Зумби (Zumbi, духа смерти). Любопытно, что жрецов этого культа называли «кимбанда». И в этом же культе кабинда конголезские Алувайя (Aluvaia) и Бонбонджира (Bonbonjira) были отождествлены с ориша Эшу (Èsú), который, однако, воспринимался под особым углом, характерным, скорее для для банту, чем для йоруба (как и в современной кимбанде).

Бастид предполагает, что бразильская кимбанда восходит к тому же источнику, что и гаитянский культ бизанго. В действительности последний ведет свое происхождение не только от конголезской культуры, но и от ордена марабутов. С моей точки зрения, Бастиду просто бросился в глаза важнейшая и ярчайшая черта духовного мировоззрения конго, давшая о себе знать и в этой гаитянской традиции, а именно — способность наводить мосты между схожими элементами разных культур и объединять эти элементы в простой и изящный синтез.

Перевод с англ. Анны Блейз
Nicholaj de Mattos Frisvold (c)

[1] Роже Бастид (1898—1974) — французский социолог и антрополог, специалист в области бразильской литературы и культуры, а также религий африканского происхождения. — Примеч. перев.

[2] Жозе Бонифасиу де Андрада и Силва (1763—1838) — бразильский государственный деятель, ученый и поэт, в 1831—1834 гг. опекун малолетнего императора Бразилии Педру II. — Примеч. перев.

[3] Кафузу — бразильское название потомков от смешанных браков между индейцами и африканцами. — Примеч. перев.

[4] Эбо: в религии йоруба — жертвоприношение; в кимбанде — синоним термина «миронга» (колдовство).

[5] Паде — блюдо из муки маниоки или кукурузной муки с перцем, традиционное подношение духам в кимбанде.

[6] В традиции кимбанды 7 — символическое обозначение всего множества объектов данной категории (что отражено в именах многих эшу). — Примеч. перев.

[7] Зелио Фернандино ди Мораэс (1891—1975) — бразильский медиум, основатель классической традиции умбанды («умбанда бранка», т.е. «белая умбанда». — Примеч. перев.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #12 : 11 Апреля 2021, 00:28:14 »
VII. Легионы ада

Эшу Мор (Вельзевул), Люцифер и Асмодей

Эшу Мор (Exu Mor) — сущность весьма загадочная. Ему давали немало противоречивых объяснений, но история его происхождения проста — и она поможет нам понять нечто важное о том, как повлияла демоническая образность на иерархии кимбанды. Мифологические истоки Эшу Мора восходят ко временам разрушения иерусалимского храма, построенного царем Соломоном на горе Мор, или Мория, что на латыни означает «смерть». В печати Вельзевула [из «Истинного гримуара»] содержатся буквы J и B — Йод и Бет, инициалы слов «Иахин» (Jakin) и «Воаз» (Boaz), как назывались два столпа Соломонова храма. Вариант этой печати нередко используют как понто рискадо Эшу Мора. Jak означает «он утвердит», а bo — «смятение». Разрушение храма утверждает смятение, и человеку дается возможность вырваться на свободу; но, вместе с тем, его отбрасывает назад, в сферу земного, где обитают демонические разумы, стремящиеся совратить человечество. Таким образом, Эшу Мор олицетворяет дом (beith) смятения. Мартинес де Паскуалис замечает по этому поводу: «На связь второго столпа с числом смятения указывает второе место, которое занимает [в древнееврейском алфавите] первая буква слова “Воаз”»[1]. В конечном счете, этот столп смятения хранит тайны, восходящие к Каину, а столп Иахин — тайны наследников Сифа. Следовательно, намек на тайну Эшу Мора можно обнаружить в еще одном наблюдении Паскуалиса: «Смятение происходит от двух сил, противостоящих друг другу: одна сила стремится к сохранению имеющегося, другая — к освобождению».

Вспоминается также, что аль-Араби осмыслял Иблиса как силу, утверждающую совершенство Божьего замысла. Кроме того, следует отметить, что имя «Вельзевул» (Бельзебут, или Баал-Зебуб) может означать не только «Повелитель летучих тварей» (в частности, мух), но и «Господин высокого дома», или «дома на высотах», beith zebul, который можно истолковать и как храм на горе Мор, описанный в восьмой главе Третьей Книги Царств. Это дает нам подход к истолкованию Эшу Мора в соответствии с мотивом смятения, возникающего из борьбы двух противоположностей. Эшу Мор предстает перед нами как Господин дома смятения. И в этом отношении он связан с символикой Януса как божества, открывающего перед искателем многообразные возможности выбора, — и в этом заключены его тайна и его опасность.

Вельзевул — второй по старшинству в легионах кимбанды, военачальник высокого ранга и один из королей. Он правит духами улиц и считается одним из самых агрессивных эшу. Возможно, столь высокое положение в иерархии эшу связано с тем, что Вельзевул в свое время прославился как бог ведьм, а также с видным местом, которое еще с XIII—XIV веков отводилось в оккультных исследованиях каббале. У десяти сефирот каббалистического Древа Жизни, олицетворяющих лики божества, есть и свои темные отражения. В частности, многие духи кимбанды явственно связаны с Гебурой — сефирой гнева, крови и силы. Макгрегор Мазерс приводит следующую иерархию демонов, связанных с темными сторонами сефирот:

1. Сатана и Молох
2. Вельзевул
3. Люцифуг
4. Астарот
5. Асмодей
6. Бельфегор
7. Баал
8. Адрамелех
9. Лилит
10. Наама

Здесь интересно отмеить, что большинство из этих так называемых демонов — не кто иные, как божества различных племен, воевавших с сынами Израиля. Так, Молох был ханаанским богом огня. Асмодей, персидский дух хтонического характера, вошел в иудейскую мифологию как один из врагов Бога. Что же до Вельзевула, то он, как уже было сказано, восходит к образу одного из главных соперников Яхве — моавитского бога Баал-Зебуба, или просто Баала, которого хасиды XVIII века отождествляли с дьяволом. Представление о Вельзевуле как о некоем демоническом божестве, повелевающем мухами, может объясняться путаницей с кем-то из месопотамских злых духов. Далее, «Бельфегор» — это, по всей видимости, искаженное имя Баал-Фегора, бога, ассоциировавшегося с развратом и, подобно Приапу, изображавшегося в итифаллическом облике (весьма уместном для Бога Ведьм). Адрамелех считается братом Асмодея, а имя его означает Царь Подземного мира[2].

Кроме того, мы располагаем приведенным у Ричарда Кавендиша знаменитым признанием монаха Жана дель Во: тот добровольно, без пытки, показал, что в 1595 году он и еще несколько человек поклонялись Вельзевулу как своему Великому Господину, — а это, разумеется, наводит на мысль о тех обвинениях, которые были выдвинуты против рыцарей-тамплиеров. Создается впечатление, что образ Вельвезула — Повелителя мух, Князя серафимов и демона месяца июля — со всей его двойственностью и роль сосуда, вмещающего в себя многих божественных соперников Яхве, способен пролить новый свет на природу кимбанды и, в особенности, на ее связь с европейским ведовством. Так или иначе, под руководством этого эшу можно открыть некоторые тайны великого учения, связанного с оккультными практиками рыцарей Жака де Моле.

Но и это еще не все. Если мы обратимся к описаниям верховных князей ада, то увидим, что и у Коллена де Планси, и в аггадических и талмудических источниках Асмодей и Молох предстают как духовные составляющие Эшу Мора. Я бы даже рискнул предположить, что все различия между Асмодеем и Эшу Мором обусловлены лишь разницей культур, эпох и культовых практик. В более широком контексте кимбанды эта связь с Асмодеем интересна тем, что, по легендам, Асмодей, как и Эшу Мор, принимал участие в строительстве Соломонова храма, а, следовательно, был причастен и к его разрушению. В раввинистических источниках упоминается некий Ашмедай, который поначалу был человеком доброго нрава, но затем поддался на соблазны Вирсавии — матери Соломона, одержимой духом Лилит. Страсть в сердце Ашмедая воспламенил не кто иной, как дух Асмодей, — и именно к этой легенде восходит образ Эшу Мора. Согласно другой аггадической легенде Асмодей был сыном Адама и Наамы. Некоторые раввинистические источники отождествляют Асмодея с Самаэлем и, следовательно, со змеем-искусителем в Эдемском саду. Но в действительности этот змей связан с другим таинством — таинством Дракона Эшу. Последний имеет много общего с Эшу Мором, но все же их следует различать.

Молох заслуживает здесь упоминания не только из-за своего пристрастия к огненным жертвам, но и потому, что идол его содержал семь отделений для семи различных родов жертв, которые сгорали на огне, разведенном в полой сердцевине статуи. Молох, чье имя означает «царь», изображался в виде быка, а у быка в символическом плане немало общего с козлом: оба они олицетворяют плодородие и выносливость. В таинствах, связанных с Эшу Мором, используются опилки бычьих костей, да и все прочие из вышеперечисленных мотивов тоже представлены в образности Эшу Мора, который, по существу, представляет хаотическое и сладострастное начало кимбанды: это угли, горящие в озере крови и семени. И это — та самая точка, в которой берут начало расколы, порождающие многообразие сект и ересей.

Священные предметы: старые палки и посохи, трезубцы, козьи шкуры и черепа, бычьи и человеческие кости, абсент, красное вино, табак, мандрагора и мирра.

Иконография: Эшу Мор изображается в виде красного козла или быка, подобного Бафомету с рисунка Элифаса Леви.



Понто кантадо Эшу Мора

Dentro de uma casa velha,
Aonde mora escuridão,
Ô passa um homem sempre em frente,
Mas com seu chapéu na mão,
Ô, quem tem asa sempre voa,
Ô, que tem fé sempre caminba,
Eu não giro na luz não,
Porque a noite é sempre minha.


В старом доме,
Где тьма живет,
О, человек всегда проходит вперед,
Но держит шляпу в руке,
О, кто имеет крылья, всегда летает,
О, кто имеет веру, всегда идет,
Я не вращаюсь во свете,
Потому что ночь — всегда моя.


Eu andava na beira do trilho,
Firmando o meu ponto quanto o trem passou,
Eu ouvi timbalá de martelo que veio do inferno,
O Diabo mandô,
Exu é do inferno,
O Diabo mandô.


Я шел вдоль железной дороги,
Я наполнил силой свое понто, когда прошел поезд,
Я услышал грохот молота, шедший прямо из ада,
Дьявол послал
Эшу из аду,
Дьявол его послал.


Foi de baixo da ponte preta,
ouvi um grito de socorro,
Não umbanda, nem quimbanda,
Magia Negra vem trabalhá,
Os olhos desse homem tem Magia sim,
Magia negra ele faz,
Seu Pai é Barrabás,
Magia negra ele faz,
Seu Pai é Belzebu.


Это было под черным мостом,
Я услышал крик о помощи,
Не умбанда и не кимбанда —
Черная магия берется за дело.
В глазах у этого человека — магия,
Он творит черную магию,
Его отец — Баррабас,
Он творит черную магию,
Его отец — Вельзевул.



Понто рискаду Эшу Мора




Оккультное понто Эшу Мора[3].





Понто, при помощи которого Эшу Мора призывают к проявлению.





Понто для магической работы.



Понто кантадо Эшу Люцифера

Porque pede o mal,
Se eu sei fazer o hem,
A escolha da sua vida,
É vocé mesmo que tem,
Eu sou o equilíbrio,
Que apimenta a sua vida,
Eu posso até ser,
O seu melhor amigo,
Se vocé acreditar,
Nas palavras que eu lhe digo,
Sou o exu Lucifer,
O verdadeiro maioral,
Trabalho para o bem,
Mas sei fazer o mal,
A escolha do caminho,
É vocé mesmo que faz,
Pois a minha obrigação,
É acatar a sua decisão.


Почему ты просишь о зле,
Если я знаю, как творить добро?
Это твой жизненный выбор,
Это — то, что есть у тебя.
Я — равновесие,
Я — острота твоей жизни,
Я могу даже стать
Твоим лучшим другом,
Если ты будешь верить
Этим моим словам, что я говорю.
Я — Эшу Люцифер,
Истинный Майорал,
Я тружусь во имя добра,
Но я знаю, как творить зло.
Выбор пути —
Это дело твое,
Потому что мой долг —
Делать так, как ты сам решил.


Exu Lucifer é menino
é falso ate no andar,
Exu Lucifer é menino,
não promete pra falta,
Tesoura q corta ouro,
não pode corta metal,
Cortai nos meus inimigos
a lingua q fala mal.


Эшу Люцифер — это мальчик,
лживый даже в своих шагах,
Эшу Люцифер — это мальчик,
сулящий, что не будет нужды.
Ножницы, что режут золото,
не разрежут металл,
Отрежь у моих врагов
их злобные языки.


Deu Meia Noite,
Deu Meia Noite, (bis)
Sete facas encruzadas,
Em cima de uma mesa,
Quen atirou foi Lucifer,
Pra mostra que ele é.


Полночь была,
Полночь была, (х 2)
Семь кинжалов скрещенных
На крышке стола,
Вставший под выстрел — это был Люцифер:
Он хотел показать, Кто Он есть.



Понто рискадо Эшу Люцифера



Перевод с англ. Анны Блейз


[1] Источник цитаты и истолкования названий двух столпов — «Пятое наставление Избранным коэнам» Мартинеса де Паскуалиса. — Примеч. перев.

[2] Традиционные толкования имени «Адрамелех» — «царь-носильщик» («царь носильщиков») или «царь украшений». — Примеч. перев.

[3] Это понто в точности воспроизводит печать и знаки Бельзебута (Вельзевула) из «Истинного гримуара». — Примеч. перев.
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #13 : 11 Апреля 2021, 00:45:59 »
Легионы ада

Невинность, раз утратив, не вернешь,
А тьму, увидев раз, не позабудешь.

— Джон Мильтон

Вскоре мы, наконец, сможем перейти к каталогу духов, но прежде отметим, что линии, королевства и иерархии кимбанды чрезвычайно многообразны и переплетены между собой сложным образом. Власть и ключевые места в этой паутине связей достаются то одним духам, то другим, в зависимости от того, с какой позиции мы к ней подходим. В традиционную иерархию иногда включается таинственный персонаж, которого называют Майоралом (Maioral), то есть Князем, ставят во главе всех духов и нередко, хотя и не всегда, отождествляют с Капетой (Capeta), то есть Дьяволом, или с Сатанаэлем. От этого загадочного Майорала происходит иерархия военачальников, управляющих огромными легионами эшу:

Капета/Майорал



Эшу Люцифер — главнокомандующий



Пут Сатанакия * Эшу Марабо          Агалиерап * Эшу Мангейра



Вельзевул, Эшу Мор — первый заместитель главнокомандующего



Тархимах * Эшу Транка Руас Сагатана * Эшу Велудо



Астарот, Эшу Рей дас Сети Энкрузильядас — второй заместитель главнокомандующего



Флерути * Эшу Тирири            Небирос * Эшу дос Риос

Сирах * Эшу Калунга * Гномо * Калунгинья

Так образуются три особых линии, связанные с Люцифером, Вельзевулом и Астаротом соответственно. Люциферу подчинены два генерала — Эшу Мангейра и Эшу Марабо, или Агалиерап и Пут Сатанакия. К линии Вельзевула относятся генералы Эшу Транка Руас и Эшу Велудо, или Тархимах и Сагатана, как их называют в «Истинном гримуаре» и других схожих руководствах по магии. Третью линию возглавляет Астарот, известный также под именем Эшу Рей дас Сети Энкрузильядас; его помощники-генералы — Эшу Тирири и Эшу дос Риос, или Флерути и Небирос. К этой же линии относится Клепот, или Эшу Помба-Жира. Кроме того, в данной иерархии присутствует еще одна линия, входящая в линию Астарота, но возглавляемая Омолу и Эшу Калунгой, известным также под именем «Сирах». Под его началом — 18 легионов эшу. Вот их предводители, соотнесенные с духами «Истинного гримуара»:

Бешар * Эшу дос Вентос
Фримост * Эшу Кебра Гальо
Клепот * Эшу Помба-Жира
Киль * Эшу Сети Кашоэйрас
Мерсильде * Эшу дас Сети Крузес
Клистерт * Эшу Тронкейра
Сильхард * Эшу Сети Поэйрас
Сегал * Эшу Жира Мундо
Хикпакт * Эшу дас Матас
Хумотс * Эшу дас Сети Педрас
Фруциссьер * Эшу до Семитерио
Гуланд * Эшу Морсего
Сургат * Эшу Сети Портас
Мораил * Эшу Сети Сомбрас
Фрутимьер * Эшу Транка Тудо
Клаунех * Эшу Педра Негра
Мусисин * Эшу Капа Прета
Юктигарас * Эшу Мараба


Легионы, подчиненные Омолу, Пастырю Костей, включают в себя еще ряд духов, разделенных на две линии. Во главе их стоят назначенные самим Омолу генералы. Это Эшу Кавейра и Эшу Мея Нойте — две руки Омолу, помогающие творить магию проклятий и магию врачевания на Кампо Санто, святой земле кладбища.

                                                Омолу

Эшу Кавейра * Сергулат ----------------------Эшу Мея Нойте * Хаэль

Эшу Тата Кавейра * Прокуло------------------Эшу Мирим * Сергутти

Эшу Браза * Харистум--------------------------Эшу Пимента * Тримасаэль

Эшу Пемба * Брулефер-------------------------Эшу Мале * Сустугриэль

Эшу Маре * Пентагони--------------------------Эшу дас Сети Монтаньяс * Элелогап

Эшу Карангола * Сидрагосум------------------Эшу Ганга * Дамостон

Эшу Арранка Токо * Миносум------------------Эшу Каминалоа * Таритимас

Эшу Паган * Букон------------------------------Эшу Киромбо * Нел Бирот

Эшу до Шейро * Агласис------------------------Эшу Курадор * Херамаэль



Сирах/Эшу Калунга и Омолу сообща властвуют над семью линиями кимбанды — как Двойной Корень этих линий. Эти линии и их военачальники таковы:

Линия Малей — Эшу Рей / Марабо
Линия Наго — Эшу Герере
Линия Кабоклос Кимбандейрос — Эшу Пантера Негра
Линия Миста — Эшу дас Кампинас
Линия дас Альмас — Эшу Омолу
Линия дос Семитериос — Эшу Кавейра
Линия Моссоруби — Эшу Каминалоа

Эти иерархии охватывают не всех эшу, и потому мне кажется более уместным классифицировать легионы не по линиям, а по королевствам. Правда, и при таком подходе некоторые важные эшу не попадают в классификацию, но некоторых из них мы уже рассмотрели в главе III, а о некоторых расскажем здесь, прежде чем перейти к каталогу духов. К этому каталогу, в котором будут описаны все эшу, принадлежащие к семи королевствам, мы приступим сразу после того, как познакомимся поближе с эшу верховной триады и с их помощниками.

Не забывайте о том, что распределение рангов среди духов постоянно меняется в зависимости от того, с каким королевством вы работаете и какого рода операцию проводите. Как уж отмечалось, такова естественная динамика внутри легионов эшу: роли и полномочия духов непостоянны, а в рамках старых иерархий то и дело возникают новые. Аналогичная подвижность организации проявляется и тогда, когда мы приводим своих личных духов в какое-либо определенное королевство или место силы: короли и генералы разных иерархических структур встречаются друг с другом и выстраиваются в новую, уникальную иерархию, необходимую для конкретной магической работы. Ниже перечислены правители семи королевств и их помощники, а в каталоге духов суть каждого королевства будет разъяснена подробнее.

Королевство Перекрестков, или Энкрузильядас (Encruzilhadas)

Этим королевством управляют Эшу Рей дас Сети Энкрузильядас (Exu Rei das Sete Encruzilhadas, Король Семи Перекрестков) и Помба-Жира Райнья дас Сети Энкрузильядас (Pomba Gira Rainha das Sete Encruzilhadas, Королева Семи Перекрестков). В этом королевстве, как и во всех остальных, насчитывается девять жилищ, обитателей которых нередко называют просто «народами».

Народ Перекрестков Улиц, во главе которого стоит Эшу Транка Руас (Exu Tranca Ruas, Закрывающий Пути).
Народ Перекрестков Арфы — Эшу Сети Энкрузильядас (Exu Sete Encruzilhadas, Эшу Семи Перекрестков).
Народ Перекрестков Холма — Эшу дас Альмас (Exu das Almas, Эшу Душ).
Народ Перекрестков Рельсов — Эшу Марабо (Exu Marabô).
Народ Перекрестков Леса — Эшу Тирири (Exu Tiriri).
Народ Перекрестков Калунги (Кладбища) — Эшу Велудо (Exu Veludo, Эшу Бархат).
Народ Перекрестков Рыночной площади — Эшу Морсего (Exu Morcego, Эшу Летучая Мышь).
Народ Перекрестков Открытых Пространств — Эшу Сети Гаргальядас (Exu Sete Gargalhadas, Эшу Семи Смехов).
Народ Перекрестков Побережья — Эшу Мирим (Exu Mirim, Эшу-Ребенок).



Королевство Креста, или Крузейро (Cruzeiro)

Этим королевством управляют Эшу Рей дос Сети Крузейрос (Exu Rei dos Sete Cruzeiros, Король Семи Крестов) и Помба-Жира Райнья дос Сети Крузейрос (Pomba Gira Rainha dos Sete Cruzeiros, Королева Семи Крестов). Крузейро — это центральный крест Кладбища.

Народ Креста Улицы, во главе которого стоит Эшу Транка Тудо (Exu Tranca Tudo, Эшу, Закрывающий Всё).
Народ Креста Рыночной площади — Эшу Киромбо (Exu Quirombó).
Народ Креста Арфы — Эшу Сети Крузейрос (Exu Sete Cruzeiros, Эшу Семи Крестов).
Народ Креста Леса — Эшу Мангейра (Exu Mangueira, Эшу Мангового дерева).
Народ Креста Калунги (Кладбища) — Эшу Каминалоа (Exu Kaminaloá).
Народ Креста Душ — Эшу Сети Крузес (Exu Sete Cruzes, Эшу — Семь Крестов).
Народ Креста Открытых Пространств — Эшу Сети Портас (Exu Sete Portas, Эшу Семи Дверей).
Народ Креста Побережья — Эшу Мея Нойте (Exu Meia Noite, Полуночный Эшу).
Народ Креста Океана — Эшу Калунга (Exu Kalunga, Эшу-Кладбище).



Королевство Лесов, или Матас (Matas)

Этим королевством управляют Эшу Рей дас Матас (Exu Rei das Matas, Король Лесов) и Помба-Жира Райнья дас Матас (Pomba Gira Rainha das Matas, Королева Лесов). Они правят всеми деревьями и травами, кроме тех, что растут на Кладбище (последние обладают другими свойствами и другим качеством энергии).

Народ Деревьев, во главе которого стоит Эшу Кебра Гальо (Exu Quebra Galho, Эшу, Ломающий Ветви).
Народ Парков — Эшу Сети Сомбрас (Exu Sete Sombras, Эшу Семи Теней).
Народ Прибрежных Лесов — Эшу дас Матас (Exu das Matas, Эшу Лесов).
Народ Лугов — Эшу дас Кампинас (Exu das Campinas, Эшу Лугов).
Народ Гор — Эшу да Серра Негра (Exu da Serra Negra, Эшу Черного Нагорья).
Народ Рудников — Эшу Сети Педрас (Exu Sete Pedras, Эшу Семи Камней).
Народ Змей — Эшу Сети Кобрас (Exu Sete Cobras, Эшу Семи Змей).
Народ Цветов — Эшу до Шейро (Exu do Cheiro, Эшу Запаха).
Народ Пашни — Эшу Арранка Токо (Exu Arranca Tôco, Эшу Корчеватель Стволов).



Королевство Кладбища, или Калунга (Calunga)

Этим королевством управляют Эшу Рей дас Сети Калунгас (Exu Rei das Sete Calungas, Король Семи Кладбищ) и Помба-Жира Райнья дас Сети Калунгас (Pomba Gira Rainha das Sete Calungas, Королева Семи Кладбищ), или Король и Королева Кладбища.

Народ Ворот Кладбища, во главе которого стоит Эшу Портейра (Exu Porteira, Эшу Ворот).
Народ Могил — Эшу Сети Тумбас (Exu Sete Tumbas, Эшу Семи Надгробий).
Народ Склепов — Эшу Сети Катакумбас (Exu Sete Catacumbas, Эшу Семи Склепов).
Народ Крематория — Эшу да Браза (Exu Brasa, Эшу — Горящий Уголь).
Народ Мертвой головы — Эшу Кавейра (Exu Caveira, Эшу Черепа).
Народ Кладбищенских деревьев и трав — Эшу Калунга (Exu Kalunga, Эшу-Кладбище).
Народ Могильного холма — Эшу Коркунда (Exu Corcunda, Эшу-Горбун).
Народ Ям — Эшу Сети Ковас (Exu Seti Covas, Эшу Семи Могил).
Народ Миронги и Теней — Эшу Капа Прета (Exu Capa Preta, Эшу Черный Плащ), он же Эшу Миронга (Exu Mironga).



Королевство душ, или Альмас (Almas)

Этим королевством управляют Эшу Рей дас Альмас (Exu Rei das Almas, Король Душ) и Помба-Жира Райнья дас Альмас (Pomba Gira Rainha das Almas, Королева Душ), которых называют также Королем и Королевой Погребального холма (Lomba), поскольку на кладбище их привлекают возвышенные места. Эшу этого королевства обитают также в больницах, моргах и тому подобных заведениях. Альмас — королевство горя и скорби, сопутствующих переходу от жизни к смерти.

Народ Душ Погребального холма, во главе которого стоит Эшу Сети Ломбас (Exu Sete Lombas, Эшу Семи Погребальных Холмов).
Народ Пленных Душ — Эшу Пемба (Exu Pemba, Эшу — Священный Мел).
Народ Душ Поминок — Эшу Мараба (Exu Marabá).
Народ Душ Больниц — Эшу Курадо (Exu Curado, Эшу-Целитель).
Народ Душ Побережья — Эшу Жира Мундо (Exu Gira Mundo, Эшу-Мировращатель).
Народ Душ Церквей и Храмов — Эшу Нови Лузис (Exu Nove Luzes, Эшу Девяти Лампад).
Народ Душ Лесной чащи — Эшу Сети Монтаньяс (Exu Sete Montanhas, Эшу Семи Гор).
Народ Душ Калунги (Кладбища) — Эшу Тата Кавейра (Exu Tatá Caveira, Эшу — Череп Тата).
Народ Душ Востока — Эшу Сети Поэйрас (Exu Sete Poeiras, Эшу Семи Прахов).



Королевство Арфы, или Лира (Lira)

Этим королевством управляют Эшу Рей дас Сети Лирас (Exu Rei das Sete Liras, Король Семи Арф) и Помба-Жира Райнья ду Кандомбле (Pomba Gira Rainha do Candomblé, Королева Кандомбле), она же Райнья дас Мариас (Rainha das Marias, Королева Марий). Другие их имена — Эшу Люцифер (Exu Lucifer) и Помба-Жира Мария Падилья (Pomba Gira Maria Padilha). Королевство Арфы связано с искусством, музыкой, поэзией, вдохновением и богемным образом жизни, а также с передачей обычаев и преданий, наподобие тех, что приняты в традиции кандомбле.

Народ Преисподней, во главе которого стоит Эшу дос Инфернос (Exu dos Infernos, Эшу Преисподних).
Народ Кабаре — Эшу до Кабаре (Exu do Cabaré, Эшу Кабаре).
Народ Арфы — Эшу Сети Лирас (Exu Sete Liras, Эшу Семи Арф).
Народ Рома (цыган) — Эшу Сигано (Exu Cigano, Эшу-Цыган).
Народ Востока — Эшу Паган (Exu Pagão, Эшу-Язычник).
Народ Мошенников — Эшу Зе Пелинтра (Exu Zé Pelintra, Эшу Хосе-Плут).
Народ Мусорных баков — Эшу Ганга (Exu Ganga).
Народ Лунного света — Эшу Мале (Exu Malé).
Народ Торговли — Эшу Шама Диньейро (Exu Chama Dinheiro, Эшу, Призывающий Деньги).



Королевство Побережья, или Прайя (Praia)

Этим королевством управляют Эшу Рей дас Прайяс (Exu Rei das Praias, Король Побережий) и Помба-Жира Райнья дас Прайяс (Pomba Gira Rainha das Praias, Королева Побережий). Духи Прайя связаны с поверхностью воды, побережьем океана и с душами людей, погибших в море.

Народ Рек, во главе которого стоит Эшу дос Риос (Exu dos Rios, Эшу Рек).
Народ Водопадов — Эшу дас Кашоэйра (Exu das Cachoeira, Эшу Водопада).
Народ Камней — Эшу да Педра Прета (Exu da Pedra Preta, Эшу Черного Камня).
Народ Моряков — Эшу Мариньейро (Exu Marinheiro, Эшу-Моряк).
Народ Океана — Эшу Маре (Exu Maré).
Народ Грязи — Эшу до Лодо (Exu do Lodo, Эшу Грязи).
Народ Баии — Эшу Баияно (Exu Bahiano, Эшу-Баиянец).
Народ Ветра — Эшу дос Вентос (Exu dos Ventos, Эшу Ветров).
Народ Островов — Эшу до Коко (Exu do Côco, Эшу Кокосового ореха).
Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com

Raven

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 847
  • Репутация: 395
  • Raven
Re: Эшу и кимбанда: культ ночи и огня
« Ответ #14 : 11 Апреля 2021, 00:50:53 »
Капета-Майорал и Эшу Рей

Природа Майорала — истинного главы кимбанды — вызывает немало споров. Мнения о нем расходятся в широких пределах: Майорала считают кем угодно, от Ошалы и Нзамби до Сатаны, Дьявола и Люцифера. Но все это — лишь маски различных ипостасей, а в действительности Майорал — не кто иной, как архангел Михаил. Таким образом, налицо динамическое взаимодействие сил, которые принято считать противоборствующими, и в самой этой идее чувствуется любопытный привкус богомильской ереси. Разумеется, я не утверждаю, что кимбанда восприняла учение богомилов в буквальном смысле, но можно предположить, что мастера кимбанды находились под влиянием тех же духовных сил и философских представлений, что и богомилы.

Архангел Михаил олицетворяет духовный огонь небес и солнечную силу преодоления, проявляющуюся, главным образом, как некромантический дар. Последний и порождает его амбивалентную связь с Царем мира сего — Уриэлем, Люмиэлем или Люцифером. Как же следует понимать эту пару сущностей? Майорал — архангел, а Король Эшу — дьявол, владыка мира сего, князь всего мирского. Следовательно, Эшу Рей — это не имя, а чин, который могут принимать на себя несколько различных эшу, находящихся на вершине иерархической лестницы. Обычно эту роль выполняют Эшу Мор, Эшу Рей дас Сети Энкрузильядас или Эшу Люцифер. Теоретически, Эшу Калунга тоже может облекаться верховной властью, но лично я не слыхал, чтобы такое случалось, хотя мне доводилось слышать о нескольких храмах, которые считают своим Эшу Реем и Майоралом Сатанаэля.

Определяя Эшу Рея как «Абсолют», венценосную силу всех эшу и совокупность зла, Фонтенелли утверждает, что работать с ним в контексте черной магии опасно, и советует обращаться к нему лишь в операциях высокой магии и оккультизма. За этим стоит известное стремление избежать более жестких и грубых проявлений эшу, которых Фонтенелли характеризует как духов «напряженности».

Схожие идеи обнаруживаются в культе обеа, учение которого мне передали по одной из тринидадских линий. Здесь в качестве короля культа почитается Папа-Кости (Papa Bones), во многих отношениях подобный Омолу. Папу-Кости нередко описывают и изображают в виде исполинского скелета. Его считают духом-трикстером, но у него есть и более темный двойник — Сасабонсам (Sasabonsam), лесное чудовище из королевства Ашанти. Сасабонсам и Папа-Кости — это два отражения одной и той же сущности, вредоносное и благосклонное; этим они напоминают нам о конфликте между Сатаной и Люцифером — конфликте, который находит разрешение в образе святого Михаила. По-видимому, схожая динамика заключена и в таинственной личности Майорала.



Майорал

Этот конфликт, по природе своей динамичный, отражается в борьбе между высшей и низшей частями человеческой души, которые постоянно пытаются перехватить друг у друга власть над нашими поступками. Войну между Сатаной и Люцифером развязал не кто иной, как человек. Для тех, кто подчиняется велениям Сатаны, Эшу превращается в дьявола; но для тех, кто движим устремлением к божественному разуму, Эшу становится могущественным защитником и верным другом, ипостасью Абсолюта, — и эта ипостась тесно связана с сердцем и душой самого человека. Как уже поняли читатели этого руководства, проблема зла гораздо более сложна, чем принято считать в христианстве, которое попросту воздвигает стену между преисподней и эмпиреем. Напомним, что, по верованиям богомилов, Бог сотворил Сатанаэля из собственной тени. И немаловажно то, что имя этого падшего ангела изначально оканчивалось на «-эль»: такое окончание указывает на его небесный статус, статус сына Божьего. Люцифера, Сатанаэля и Сатану, пожалуй, уместнее всего рассматривать как троякое отражение самого Царя Теней. Люцифер олицетворяет прометеев дух, оживляющий творение, — принцип движения, перемен и мудрости.

Он — наша высшая душа, божественный разум, или сосуд Нуса, соединяющий нас со всем сущим в совершенной гармонии. Сатанаэль олицетворяет мост между высшей и низшей частями души: это божество выбора и вызова, открывающее врата в царство эмоций и экстатических переживаний, которые, в идеале, должны подчиняться велениям разума. Если мы допустим, чтобы на престол нашей сущности взошли эмоции, то очень скоро деградируем и из королей и королев своих владений превратимся в рабов и невежд. Наконец, перейдя мост, возведенный Сатанаэлем, мы вступаем в царство Сатаны — в мир великой извращенности духа, лишенный искры божественного становления и не имеющий места в золотой цепи мироздания. Следуя via negativa, нетрудно убедить себя, что «зло» есть отсутствие Бога. И действительно, отсутствие божественной искры обычно влечет за собой разложение ума, души и сердца и падение в материю, подобное тому, которое постигло Сатанаэля, когда он утратил свой божественный статус и отпал от источника всего сущего.

Понятию «черная магия» дают самые разные определения, но в царстве эшу можно обнаружить примеры черной магии во всех возможных ее интерпретациях — именно благодаря тому, что это царство подразделяется на вышеописанные три уровня. Оно олицетворяет одновременно и великую Тайну (которую мы до поры до времени оставим сокрытой), и то падение и разложение, до которых человек может довести себя сам. Если мы в своих прометеевых устремлениях не сумеем сохранить благородство и доброту сердца, то равновесие между эмоциональной и интеллектуальной составляющими может нарушиться. И тогда мы провалимся в преисподнюю, где царит Сатана; мы утратим и душевный покой, и осознанность. А это, в конечном счете, приведет нас к той разновидности «черной магии», под которой понимаются поступки, обусловленные разложением души. Магические действия такого рода направлены на манипулирование волей других людей ради утоления голода и влечений низшей души. Это негативная магия, противоречащая самой сущности Люцифера. Следует понимать, что Люцифер никогда не делает выбор за человека: он — так же, как и Сатана, — лишь олицетворяет один из вариантов, которые мы можем выбрать, и это парадоксальное и напряженное противоречие делает путь кимбанды узким, как лезвие меча. Риск оступиться и упасть в пропасть духовного разложения и безумия на этом пути гораздо выше, чем на многих других путях магии и эволюции.

Взывать к Люциферу — совсем не то же самое, что взывать к Сатане, и Эшу Люцифер несет совершенно иную духовную окраску, чем Сатана. Если Сатана играет на наших желаниях, побуждениях и потребностях, манипулируя ими неким тайным и извращенным образом, то Люцифер воздействует на высшую часть нашей души. Попытка установить связь с этой силой может быть опасна для неподготовленного ума, поскольку в природе Люцифера сосредоточена невероятная мощь. Чтобы добиться его проявления пусть даже на самом низком уровне, всегда требуются внутренняя безмятежность и чистота всех энергий, присутствующих во храме. Нужно полностью расчистить пространство даже для того, чтобы вместить лишь малую долю этой силы. Что же до проявлений падшей природы, то они не отмечены достоинством Люцифера, стремящегося вновь объять собою божественный огонь. Прислуживать у стола Сатаны, на котором подаются все пороки и извращения преисподней, — это удел тех, кто видит в эшу лишь удобный путь к достижению краткосрочных целей и все свое внимание направляет на плоть и ее сиюминутные хотения. Эшу способны разжечь огонь плоти и отворить лабиринты нашей низшей души с такой же легкостью, с какой они распахивают врата горнего Иерусалима перед искателем райских блаженств.

Эшу Рей олицетворяет устремления обеих частей нашей души — и высшей, и низшей — во всей их полноте, из-за чего многие Искатели и впрямь сходят с ума или прибегают к тенденциозным дуалистическим толкованиям. Нечто подобное можно наблюдать в связи со многими гримуарами, такими как «Лемегетон», приписываемый царю Соломону, так называемый гримуар Гонория, «Черная курица» и «Истинный гримуар»: обо всех этих книгах ходит ходит дурная слава. Как известно просвещенному читателю, эта зловещая репутация не отражает истинного положения дел: в гримуарной литературе также заключен парадокс, завещанный искателям самим Гермесом Трисмегистом. Эти учебники Искусства способны с равным успехом привести одного человека под власть Наместника Ада, а другого — ко двору Царя Мудрости. В действительности же они открывают нам азбучную истину: злейший наш враг — мы сами. Сделать выбор — это задача самого Паломника, а не того тернистого пути, по которому он следует и для которого гримуары служат лишь картой. В большинстве своем гримуары исходят из предпосылки, что заклинатель исповедует христианство или, по крайней мере, следует дорогой мистика, — благодаря чему перед ним и открывается двойственный путь между эмпиреями и преисподней, на котором можно обрести равновесие между двумя этими царствами. С такой точки зрения становится понятным, почему гнозис христианского типа зачастую занимает столь важное место в гримуарах.

С учетом этого святой архангел Михаил вновь предстает перед нами как сила, вбирающая в себя динамику конфликта и борьбы и обеспечивающая устойчивость в работе с легионами ада. В этом контексте он проявляется как самодержец всех Перекрестков.

Священные предметы: иссоп, гальбан, все ночные цветы, вишня, табак, золото, красный, черный и белый цвета, трезубцы, алмазы и кристаллы кварца.

Люцифер: золотой, красный и белый цвета, розы, лилии, гелиотроп (кровавик).

Сатанаэль: красный, черный и золотой цвета, мандрагора, обсидиан.

Синтез: цвет — прозрачный, как хрусталь, с оттенками красного; омела, опал.

Сатана: черный цвет, асафетида, белена, оникс.



Понто кантадо Эшу Рея


A encruza é de Exu
Afirmo e não errei (bis)
Saravá Povo da Quimbanda,
Saravá nosso Exu Rei. (bis)


Перекресток — от Эшу,
Сказано верно, и нет в том ошибки (x 2).
Saravá, народ кимбанды,
Saravá, наш Эшу Рей. (х 2)



Sr. Sete meu amigo de alma,
Sr. Sete meu irmão quimbandeiro,
Gira todo mundo gira
Mas seu Sete é da coroa de Oxalá. (bis)


Сеньор Сети [или: Господин Семи] — друг моей души,
Сеньор Сети — мой брат-кимбандейро,
Пусть кружится весь мир духов,
Но сеньор Сети — он от венца Ошалы (х 2).


Sete facas de ponta em cima de uma mesa,
Sete velas acesa lá na encruzilhada,
Exu é rei, Exu é rei.
Exu é rei lá nas Sete Encruzilhadas.
Deu a meia noite,
Quando meu pai chegou (bis)
Corregira, vai ficar lá madrugada,
Salve Exu, salve Exu,
Rei das Sete Encruzilhadas.
O meu senhor das armas,
Diz que eu não valho nada,
Oia lá que eu é Exu
Rei das Sete Encruzilhadas.


Семь острых ножей — на столе,
Семь горящих свечей — на перекрестке,
Эшу — король, Эшу — король,
Здесь, на Семи Перекрестках, Эшу — король.
Полночь настала,
Когда пришел мой отец. (х 2)
Танец длится, он будет здесь до рассвета,
Храни нас, Эшу, храни нас, Эшу
Король Семи Перекрестков.
Мой господин оружия
Говорит, что я недостоин,
Взгляни-ка сюда, я — Эшу,
Король Семи Перекрестков.


Oia lá, catira de Umbanda,
Espia espia quem vem lá!
É o supremo rei de Quimbanda,
Chefe de chefe é Maioral,
Todo povo tá me saravando,
Papai na Umbanda mandou me chamá!


Взгляни-ка сюда, это танец умбанды,
Смотри, смотри, кто идет!
Это верховный король кимбанды,
Владыка владык — Майорал,
Меня приветствуют все,
Отец по умбанде велел мне [его] позвать!


Exú Rei é o maioral,
Exú Rei é o maioral,
Ele vem fazer o bem,
E também o mal.


Эшу Рей — майорал,
Эшу Рей — майорал,
Он приходит творить добро,
А также и зло [творить].


É Mojubá, Seu Exú Rei é Mojubá,
É Mojubá,
Seu Tranca Ruas na quimbanda é Mojubá,
É Mojubá! Seu Tranca Ruas é Mojubá,
É Mojubá,
Sete Tronqueiras na magia é Mojubá,
É Mojubá,
E a Pomba Gira na defesa é Mojubá,
É Mojubá! Pomba Gira é Mojubá,
É Mojubá.


Он — можуба (Mojubá[1]), сеньор Эшу Рей —можуба,
Он — можуба,
Сеньор Транка Руас — можуба в кимбанде,
Он — можуба! Сеньор Транка Руас — можуба,
Он — можуба,
Сети Тронкейрас — он можуба в колдовстве,
Он — можуба,
А Помба-Жира — она можуба в защите,
Она — можуба! Помба-Жира — можуба,
Она — можуба.



Следующие два понто кантадо можно использовать также для Эшу Мора:


A meia noite na Capela
Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral,
E na entrada do Inferno
Ele é o mal,
E de pé na Encruzilhada
Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral,
E do alto da Calunga
Ele é o mal,
E de pé no Cemitério
Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral,
E pra os inimigos Ele é o mal,
E na Escuridão Ele é o mal,
Maioral, Maioral, Maioral.


В полночь в Часовне
Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал,
У врат Преисподней
Он — зло,
Стоящий на Перекрестке,
Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал,
На вершине Калунги
Он — зло,
Стоящий на Кладбище,
Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал,
Для врагов своих Он — зло,
И в Темноте Он — зло,
Майорал, Майорал, Майорал.



Voando em duas asas negras,
Voando pelo mundo inteiro,
Voando em duas asas negras,
Voando pelo mundo inteiro,
Na linha de Exu,
Seu Exu Rei foi o diabo que eu chamei primeiro,
Na gira de Exu,
Seu Exu Rei foi o diabo que eu chamei primeiro.


Летящий на черных крыльях,
Летящий над целым миром,
Летящий на черных крыльях,
Летящий над целым миром,
В линии Эшу
Господин Эшу Рей был тем дьяволом, кого я позвал первым,
В танце Эшу
Господин Эшу Рей был тем дьяволом, кого я позвал первым.


Услуги диагностики и обрядовой магии | Кабинет Raven | raven@mooncatmagic.com